Впрочем, внимательно её разглядеть было невозможно, потому что под потолком едва тлела электрическая лампочка. И от этого казалось, что в складе ещё темней.
Едрить твою налево. Бывает же такое! – удивился Костя, разглядывая двойника нью-президенши.
– Вам чего, ребята? – добродушно спросила женщина, очень и очень похожая на Олесю Тищенко.
– Да мы, собственно… – смущенно произнёс Сашка. – Мы за снарядами!
– За какими снарядами?.. – удивилась женщина.
– Да нам снаряды нужны для танка.
– А-а-а… – сообразила она. – Нет, ребятки, снарядов здесь отродясь не было.
– А что было, если не секрет? – поинтересовался Костя.
– Какой же здесь секрет? – удивилась женщина. – Все знают, что это хранилище промышленной взрывчатки. Только всё уже растащили.
– Кто?.. – неподдельно удивился Сашка и вопросительно оттопырил губу.
– Известно, кто – наши, повстанцы! Они завалы делают на дорогах. Вот им и нужна взрывчатка.
– А что же вы тогда здесь сторожите?
– Да чтобы никто не шарил без надобности.
– А что, больше ничего не осталось?
– А вам много надо?
– Да я не знаю?.. – Сашка вопросительно оглянулся на Костю.
– Дайте нам, сколько есть, – попросил Костя.
– Мешка хватит?
– О! Хорошо! – воскликнул Сашка. – И капселей.
– А они с запальными шнурами, – пояснила женщина, направляясь в глубь склада.
Костя вопросительно посмотрел на Сашку.
– Я испугался, – признался Сашка. – А вдруг она действительно Тищенко? – И добавил, озорно блеснув глазами: – Прячется здесь!
– Ну да, – согласился Костя. – Сидела бы она на радость нам.
Сашка восторженно засмеялся. Он вообще быстро находил повод лишний раз похихикать. Впрочем, в этот раз ему не дало разойтись обожжённое лицо.
Женщина, как две капли похожая на Олесю Тищенко, вернулась через пару минут, волоча по полу бумажный мешок.
Костя разочарованно заглянул в него. В его представлении взрывчатка должна была выглядеть более весомее, что ли. В солидном ящике – да, но только никак не в бумажном мешке. То, что лежало внутри, его тоже разочаровало. Оно походило на толстые церковные свечи, завернутые в красную промасленную бумагу.
– А как пользоваться? – спросил он.
Женщина достала одну такую «свечку» и пояснила.
– Вот запальный шнур. Горит пятнадцать секунд. Я сунула вам ещё бухту. Поняли? Обвязываете дерево, поджигаете и разбегаетесь.
– Ясно, – сказал Костя, поднимая мешок и направляясь к выходу. – Вы бы уходили, – посоветовал он сторожихе. – В двух километрах отсюда полно пиндосов.
– А это кто такие? – поинтересовалась она, надевая очки и берясь за журнал.
– Ну американцы… Морская пехота… Не дай бог, не разобравшись, бабахнут по вашему складу.
– Может, его взорвать?.. – предложил наивный Сашка.
– Я вам взорву! – грозно сказала женщина, похожая на Олесю Тищенко, и погрозила им карандашом. – Каждый будет приходить и взрывать!
– Ладно, – примирительно сказал Костя. – Спасибо за взрывчатку.
– Пожалуйста, – ответила женщина, всё ещё ворча себе под нос.
– Не обижайтесь на нас, просто американцам достанется ваша взрывчатка, – сказал Сашка.
Ничего не ответила сторожиха, похожая на Олесю Тищенко. Может быть, она не поняла? – подумал Костя, как до самого развала Украины ничего не понимала Олеся Тищенко.
– Нужна она им, – с усмешкой высказался Костя, когда они вышли на белый свет, волоча за собой мешок.
Они вернулись к «газели», и прежде чем открыть дверь, Костя вежливо постучал в неё. Он клял себя за то, что не может отделаться от чувства ревности.
За дверью помолчали, потом Завета сказала своим бархатистый, сочный голосом:
– Да, да… войдите!
Костя распахнул дверь и, не глядя внутрь, поставил между сидениями мешок со взрывчаткой. Игорь сидел поперек салона, вытянув свои длинные ноги в хромовых сапогах. С его морды можно было писать иконы – таким оно было умиротворенным. Завета скромно поправляла блузку, вторая и третья пуговички на которой были расстегнуты, открывая нежную ложбинку. Нет, я не ревную, понял Костя, я просто хочу, чтобы она мне тоже дала.
Сашка, ни на что не обращая внимания, первым делом сунул морду в зеркало. К его разочарованию, лицо у него покраснело ещё больше, потому что становилось всё жарче и жарче.
***
В небе появился дрон[38]. Его даже не было слышно – так высоко он кружил, иногда пропадая за терриконом, высотками и перелесками. Но неизменно возвращался, зудящий, как комар – блеклая смерть, напичканная электроникой и чудо-ракетами. Где-то за сотню километров сидел какой-нибудь самодовольный пиндос и видел весь город в ноутбуке, как на ладони.
– Чёрт! – высунулся в окон Игорь, – точно заметит, сволочь. Погоди, не выезжай… – предупредил он, останавливая Костю движением руки.
Завета одобрительно закивала. Глаза её призывно блеснули. Костя предпочел отвернуться, не в силах справиться с собой.
Они подождали. Интересно, думал Костя, слышно, как ракета летит? Спрашивать у Игоря ему почему-то не хотелось. Или соврёт или посмеётся, подумал он. А ещё решит, что я трушу. Сашка Тулупов тоже выглядывал в окно и радовался непонятно чему. Впрочем, он всегда был таким беспечным и весёлым.