Саперы украинской дивизии смогли заложить минные поля и оборудовать оборонные позиции и заставы. Каждую ночь на передовой действовали развед-. группы дивизии, охотившиеся за «языками». Штурмовые группы дивизии были нацелены на прорыв позиций противника и уничтожение его укрепленных пунктов. По обе стороны фронта работали пропагандисты. В результате советской пропаганды на советскую сторону перешла рота галичан. Командование дивизии, не полагаясь более на политическую благонадежность военнослужащих, было вынуждено производить ротацию подразделений, перебрасывая их с одного участка на другой.
В это время развивались события и в «верхушке» украинско-немецкого руководства.
После введения дивизии в бой группенфюрер СС Вехтер выехал в казачьи части и нанес визит главкому немецких войск в Италии генерал-полковнику фон Фитинхофу. Перед своим выездом Вехтер упоминал о возможности капитуляции дивизии. Имел он и свой план вывода дивизии из боевых действий, который предусматривал стянуть в единый кулак казачьи части XV кавалерийского корпуса, 14-ю дивизию и Восточно-туркестанское соединение СС в местность близ Толмеццо и перейти на сторону союзников. Другой идеей Вехтера была передача украинской дивизии после капитуляции в состав Польской армии генерала Владислава Андерса. Вехтер исходил из того, что большинство военнослужащих дивизии является украинцами, уроженцами довоенной Польши и может рассчитывать на присоединение к польским частям. Самым неприемлемым вариантом была бы передача дивизии «Советам». Обо всем этом Вехтер хотел поговорить с Фитинхофом.
Во второй половине апреля 1945 года к дивизии присоединились 2500 военнослужащих, ранее служивших в частях ПВО. Все они не имели пехотного обучения. Среди бывших флакхельферов находились около 70 офицеров и множество унтеров. Все они были ранее служащими частей аэродромного обслуживания и ПВО. До этого времени Ф. Фрайтаг был бы рад такому притоку немецких кадров в дивизию, но в этот момент пополнение стало тяжким грузом для дивизии. Дивизия уже не имела запасов оружия для своих солдат, особенно тяжелой была ситуация с оружием в запасном полку. Несмотря на это, для Фрайтага каждый немец был на вес золота, и он приложил все усилия к включению пополнения в ряды дивизии. Первоначально комдив желал бы заменить украинцев немцами и отправить «освобожденных» галичан в стройбат. Этот план был встречен в штыки штабом, и от него вскоре отказались. Фрайтаг принял решение, в соответствии с которым пополнение должно было пройти обучение. Часть пополнения в 1200 человек направили в полевой запасной батальон, других разделили по частям дивизии. Часть прибывших хельферов, обладавших познаниями в радио, телефонии и прочих технических предметах, сразу же приняли в специализированных подразделениях. Командир 29-го полка вместе с начальником штаба дивизии противились включению пополнения в боевые части. Командир 30-го полка, наоборот, желал как можно скорее включить пополнение в свою часть. В полку из новоприбывших был сформирован 3-й батальон. У Фрайтага имелся и запасной план, по которому в каждом из полков дивизии создавался один чисто немецкий батальон. Реализовать этот план не удалось из-за обострения боевой обстановки.
Тем временем командование армии отдало приказ об усилении строительства боевых укреплений. Результатом этого стало сокращение численности учебно-запасного полка и перевод его «излишков» в рабочие батальоны. Впоследствии этот план был одобрен генералом Шандруком, однако сменить карабин на лопату военнослужащим не довелось.
Во второй половине апреля 1945 года дивизию подчинили 6-й армии, которой командовал генерал танковых войск Герман Бальк. 6-я армия, в свою очередь, передала дивизию 4-му танковому корпусу СС обер-группенфюрера СС Герберта Гилле. Так украинская дивизия стала правым крылом 6-й армии и занимала участок до Фельдбаха. На новом участке дивизия имела два главных укрепленных пункта: один — замок Гляйхенберг, другой — стратегический участок под Фельдбахом. Снабжение дивизии было налажено, продовольствием личный состав снабжался без перебоев. Из-за плохого транспортного сообщения в дивизии остро ощущался дефицит снаряжения, а также снарядов. Несмотря на это, положение в дивизии было лучшим, нежели в других частях армии. Во многом это было достигнуто благодаря работе офицеров отдела снабжения дивизии, сумевших создать запасы продовольствия.
В конце апреля 1945 года в дивизию прибыли главнокомандующий Украинской национальной Армией генерал-лейтенант Павло Шандрук, руководитель УН К профессор В. Кубийович, группенфюрер СС О. Вехтер, полковник А. Бизанц и оберфюрер СС доктор Ф. Арльт.
В торжественной обстановке дивизия приняла новую присягу[37] на верность Украине. Присяга эта была своеобразной — части и подразделения дивизии, бывшие на фронте, направляли своих делегатов на присягу. Когда делегаты присягнули Украине, подразделение, их направившее, считалось присягнувшим.
