Представленный сборник письменных источников и литературы по истории Украины и украинцев позволяет читателю ознакомиться с основными документами, материалами и научными работами XVI – начала ХХ века, касающимися проблемы развития географической, этнической и политической идентификации и самоидентификации украинского народа.Книга адресована не только специалистам, но и всем интересующимся историей русского (восточнославянского) этноса.
© В. В. Волков, В. Г. Егоров, составление, 2020
© ООО «Русский вопрос», 2020
© Издательство «Алетейя» (СПб.), 2020
Эта книга не раскрывает хронологию и логику событий в истории Украины и украинцев, она помогает лишь понять, как менялась со временем географическая, этническая и политическая идентификация и самоидентификация того народа, который сейчас принято называть украинцами. Нам важно определить, кем были изначально настоящие украинцы, как они соотносились с малороссами и казаками (козаками), а Украина – с Малой Россией. Представленный сборник документов, материалов и научных работ составлен хронологически и поэтому вдумчивый читатель сам сможет проследить интерпретацию украинцев и малороссов во времени.
После географической и политической локализации украинцев вторая задача составителя сводилась к вопросу о том, являлись ли они к началу XX века единой, развитой и самостоятельной этнической группой со своими языком и культурой, отличными от языка и культуры других русских (восточнославянских, как стали называть их позже, в XX веке) «племен»: великороссов (великоруссов) и белоруссов[1].
Собранные материалы дают возможность каждому читателю самостоятельно сформировать свою точку зрения на поставленные вопросы. Мы же кратко изложим собственную позицию. Она основана на том, что в истории украинского вопроса смешаны два типа этнических наименований:
Не все южнорусские крестьяне и козаки считали себя украинцами, так как слово «украинцы» – это историческое самоназвание только поднепровской ветви южноруссов. Все логично. Зачем волынянам называть себя украинцами, если так себя называли киевляне? Однако все южноруссы, хоть и через обиду, относили себя к «хохлам» и противопоставляли себя «кацапам» (великороссам) и литвинам (белоруссам). Ведь «хохол» с Волыни был ближе по языку, обычаям, одежде, общинному праву, быту к «хохлу» с Поднепровья, чем все «хохлы» к «кацапам» Курской, Орловской или Воронежской губерний, хотя именно здесь они чаще всего соприкасались. И эти же самые «хохлы» при общении со своими западными соседями четко себя идентифицировали, как русин, то есть русских: «Малорусе был Русским и есть Русский. Если он так себя не называет там, где он встречается с Великорусом, то там, где он встретится с Поляком, Молдованином и Венгром, твердо знает, что он – Русин»[2]. Следовательно, единый этнос был! Не было только четкой политической и культурной самоидентификации себя в каком-то одном качестве: или как украинцев, или как малороссов, или как русинов или как южно-руссов (а «хохляцкая» самоидентификация была слишком обидной и поэтому не смогла прижиться).
Весь XIX – начало XX в. за это велась то вялая стихийная, то острая целенаправленная борьба, не без участия иностранных держав. В начале XIX века первенство оспаривали термины «черкасы», «украинцы», «малороссы». В середине века противостояли «малороссы», «русины» и «южноруссы», в конце – «малороссы» и «украинцы». В начале XX «малороссы» и «украинцы» – это уже синонимы. В последнем досоветском фундаментальном исследовании 1916 г.[3], и по эстафете, в СССР термин «украинцы» побеждает.
Почему же это название оказалось сильнее термина «малороссы»?
