Между тем из полуразрушенного «Децебал Билдинг» мне было непросто следить за работой легендарного Жиробрегского (Великосиськовского) съезда. Ни одна из вил не смогла приблизиться к городу — и это понятно. В городишке одновременно находились сразу несколько грандиозных артефактов древности. А именно: раздобытые Данилой Кашириным державные Стати Императоров Базилики. Плюс Псалтирь в азбуке Солунских братьев Кирила и Методия… Плюс уже знакомый нам волшебный меч Константина, привезенный на Русь алыберским купцом Саулом (а точнее, алыберским царем Леванидом, замаскировавшимся под купца). Артефакты давали о себе знать со страшной силой. Достаточно сказать, что после этого в Жиробреге не осталось ни одного домового, в заброшенных колодцах появилась удивительно свежая вода, а в окрестных селах прекратился нарождавшийся было масштабный падеж скота.
Массовый исход серверной нечисти из городишка означал, что город попросту выпал из Великой Волшебной Вязи. Между тем выяснилось, что происходящее на съезде интересует не только меня, великого Траяна Держателя. В пригородных лесах Жиробрега (новое названо: г. Великие Сиськи) толпились толпы конкурирующих наблюдателей — Сварожьи дивы, Мокошины старухи, Стожаровы волки, Стрибожьи внуки… Однако никто не дерзал пересечь границы города. Волки досадующе щелкали зубами, железные вороны раздраженно сквозили в тумане между деревьями, со злости срезая верхушки сосен. Мои вилы тоже грустно порхали с ветки на ветку, в бессильной тоске взирая на бревенчатые стены княжьего гостинца, светлевшие вдали над крышами посада. Вила Саке попыталась проникнуть туда, притворившись крупной сиамской кошкой. Тщетно. У девочки разболелась голова и едва не отнялись крылья — пришлось отпаивать ребенка-ниндзя особым сортом Опорьевского пива (по вкусу напоминающим известную японскую марку «Саппоро»).
И все-таки не терпелось разузнать, что творится на съезде. Я послал эскадрилью разведывательных пчел. Будучи существами неволшебными, они беспрепятственно проникли на территорию княжеского терема — но… почему-то сразу (все до единой!) слетелись на ладонь к какому-то седобородому старику по имени Посух. Столетний старичок обретался при Каширине и, судя по всему, был могучим пасечником. Во всяком случае, я своих пчел больше не видел. Видимо, они переселились в ульи старого Посуха и теперь гонят мед на кухню Даньки Каширина.
Несмотря на недостаток информации, я понял главное: делегаты Жиробрегского съезда мыслят в правильном направлении. Бисер (он же разбойник Мстиславка Лыкович), Старцев (князь Алексиос Геурон Вышградский), Каширин (Данька-вогник, богатырь Казарин из Морома) и алыберский царь Леванид (он же алыберский «купец» Саул) — все они сговорились выступать против Чурилы! Действительно, заседание в горнице княжьего терема в Жиробреге началось с разговора о нашествии на Русь Чурилы сына Пленковича, молодого посланца мрачного азиатского Востока с его холодными верованиями и устоями, символически обобщенными в образе вавилонско-тибетского «черна-холодна камня Илитора»[53].
— Прежнее, языческое славянство так или иначе нуждается в новом порядке, в новом устройстве жизни, — сказал, поднимаясь с места, алыберский царь Леванид, уже скинувший позорный костюм купца и облачившийся в дорогой парчовый халат. — Сегодняшняя Русь безалаберна, то есть беспорядочна. Нужен новый алабер… говоря вашим языком, «алатырь» — краеугольный камень основания новой веры и новой власти. На земле есть всего четыре миропорядка, четыре камня Алатыря. И самый страшный из них, самый холодный и черный — таков Илитор, камень Кабала. Именно его несет на Русь азиатский демон Чурила. Точнее — Курила, от слова «курить» — приносить жертву демонским идолам Вавилона. Спасти славянство от этого Чурова миропорядка — наша общая и первоочередная задача. Ради этого я и привез к вам мои последние камнеметы, гордое оружие древней Алыберии…
— Чурила движется очень быстро. Вчера он уже вошел в Санду, это крупное село на севере моего княжества, — сказал князь Алексиос «Лисей» Вышградский, расстилая по камчатной скатерти свою карту, начерченную на свежем свитке пергамента. — Если конечная цель Чурилы — город Престол, то уже к концу недели он будет во Властове. Еще через неделю — в Чернигине. К исходу месяца его будут встречать в столице…
— Он движется быстрее птиц, — ответствовал царь Леванид. — В подарок от деда Сварога Чурила получил волшебные крылатые сапоги, в которых проделывает до десяти огнищ в сутки по прямой — над непроходимыми лесами и болотами. В таких сапогах он и верно войдет в Престол не позже следующего новолуния.
— Можете немного расслабиться, — молвил Мстислав Лыкович. — Ваш Чурила скорее порвет свой организм, чем доберется до Властова к началу июля. У парня возникли проблемы с сапогами — их уже украли. Ха! У нас на Руси клювом не щелкай!
— Откуда известно сие?! — вскричал царь Леванид, еще не веря радостному известию. — Сапоги похищены? Это означало бы, что Чурила будет двигаться вдесятеро медленнее… Нет, не может быть.
