Мне удалось выкинуть его из головы, я собираюсь замуж за другого, да и в целом моя жизнь размеренна и понятна. Пока в ней снова не появляется он. Тот, в кого была влюблена с первого дня в универе, тот, кто стал моим первым мужчиной и на следующее же утро растоптал мое сердце. Но я изменилась, и теперь не позволю ему проникнуть в мое сердце снова. Так я думаю, пока он не похищает меня за три дня до свадьбы.– Привет. Тебя подвезти? – спрашивает Женя.– Нет, – отвечаю я, стараясь не выдать своей злости.– Боишься, что передумаешь выходить замуж? – улыбается этот гад.– Не боюсь.– Тогда… Садись?Усмехаюсь такой дешёвой манипуляции, но почему-то, открыв дверь, сажусь.И уже через несколько минут понимаю, что это было ошибкой.– Ты не туда свернул, – спокойно говорю Жене.– Маш, ты не поняла что ли? – Клыков удивленно переводит взгляд с дороги на меня.– Что не поняла?– Я тебя украл!
Прекрасный вечер. Наверно. По крайней мере, все атрибуты для того, чтобы он считался таковым, соблюдены. Отпив немного яблочного сока, я снова оглядываю зал. Рома впервые за долгое время предложил поужинать сегодня вместе, и вот сейчас мы сидим друг напротив друга в моем любимом ресторане. Я уже утолила голод моими любимыми морепродуктами, музыканты играют именно то, что мне нравится, ну или хотя бы не вызывают желания заткнуть уши как в прошлый раз, когда мы ужинали здесь с папой, а ещё сейчас я чувствую себя красивой как никогда: это серебристое платье, что решила сегодня надеть мне невероятно нравится, и в салоне девочки сумели создать образ, который идеально мне подходит. Сначала макияж показался мне немного вызывающим, но спустя несколько минут я привыкла и всю дорогу до ресторана периодически смотрелась в зеркало, чтобы налюбоваться своим видом. В общем, сегодня идеально все: даже Рома отложил свой телефон и пытается со мной общаться, как это делают нормальные пары.
Но несмотря на все перечисленное, меня все равно что-то тревожит. И как бы я не пыталась отбросить это зудящее беспокойство и насладиться этим вечером сполна, это волнение не отпускает весь вечер.
Даже Рома замечает мое состояние:
– Ты какая-то нервная. Светиться от счастья должна – как-никак со своим будущем мужем ужинаешь.
– Наверно из-за работы. Сама не пойму, Ром, – признаюсь я.
Да, Рома недавно сделал мне официальное предложение, но сейчас почему-то даже это не радует.
Удаётся расслабиться, только когда мы выходим из ресторана: я вдыхаю морозный воздух, и меня почти полностью отпускает.
На ступеньках ковер, дорожка от ресторана идеально расчищена от снега, но вот за пределами ресторанной территории сплошной гололёд. Пока мы идём к Роминой машине, которую он оставил дальше, так как мест на парковке ресторана не было, Рома периодически скользит по льду, которым покрылся город после резко стукнувшего мороза, и превратил подтаявший снег в каток размером во всю столицу.
Кто-то даже рад этому, как вон та девчонка, что рассекает по улицам прямо на коньках рядом с бабушкой, но только не Рома, который, спасибо, хотя бы не матерится при мне еле передвигаясь по скользкому покрытию. Я держусь за него, а точнее больше держу его сама под локоть, но и это в какой-то момент не помогает, и Рома все же окончательно теряет равновесие и начинает падать, когда мимо нас проходит какой-то парень. Прохожий быстро подхватывает моего жениха, не дав ему растянуться у своих ног, помогает встать, после чего они оба замирают, уставившись друг на друга.
На улице темно, только уличный фонарь в отдалении освещает пространство, но видимо этого тусклого света хватает им, чтобы узнать друг друга, потому что Рома в миг напрягается, а незнакомец хмыкает:
– Какие люди! – коротким жестким голосом без излишней актёрской наигранности, но именно от этой стали в голосе мне становится не по себе. Но не только от его тона меня прошибает насквозь – я узнаю этот голос.
Парень стоит ко мне боком, да я и не старалась его рассмотреть, пока он ловил грохающегося Рому, но его голос заставляет меня вглядеться в его лицо. Я замираю. Это действительно он… Его голос…
Рома что-то грубо отвечает, а я продолжаю пялиться на “прохожего” и находиться в прострации. Прошло уже три года с момента, как я видела его в последний раз, а я опять превратилась в молчаливую дурочку, которая только и может, что пялиться на этого парня.
Краем сознания улавливаю, как Рома резко отталкивает его от себя, и не сразу понимаю, что они сцепились. Через считанные секунды, Рома уже лежит на спине и пытается увернуться от летящих в него ударов этого сумасшедшего. Такого же красивого и такого же дурного.
Он постоянно с кем-то дрался и раньше – я думала парни его недолюбливают за его популярность и внешность, а теперь своими глазами вижу как это происходит на самом деле. Вот так сходу начать избивать человека!
Протупив пару ударов, которые Рома все же успел получить, я кидаюсь их разнимать, но моих сил явно недостаточно, чтобы отцепить этого ненормального, который не стал добивать Рому, и схватив за грудки, что-то то ли спрашивает, то ли угрожает. Рома не отвечает. Я вижу на его лице неподдельный страх, и в следующий миг он закрывает глаза.
Испугавшись не на шутку, я делаю очередную попытку помочь Роме, но быстро понимаю, что сил моих не хватает, и почти взмаливаюсь:
– Женя! Отпусти его! Ему уже плохо! – но Женя как будто не слышит – он явно не на шутку взбешён, и тогда я кричу, со всей силы толкая его: – Клыков!
Это наконец срабатывает. Он ослабляет хватку, Рома сразу открывает глаза, а в следующий миг я невольно сталкиваюсь с глазами, что снились мне каждую ночь на протяжении пяти лет, пока год назад я не попала в аварию, после которой некоторое время сны мне не снились вообще.
