– Тут у меня собралась вся «могучая кучка».
Крутов бросил взгляд на уютно рассевшихся за длинным «совещательным» столом силовиков, которые терпеливо ждали, пока всесильный президентский советник закончит телефонную беседу, ради которой он даже прервал совещание.
– Мы как раз пытаемся скоординировать план действий. Вас, я полагаю, интересуют документы по «Топлинку»? Или кое-что еще? – В вопросе Крутова сквозила ирония.
– Вы правильно полагаете.
– Тогда приезжайте. Обсудим. Ситуация не такая простая.
– А если я предложу вам своего помощника Васильева? Толковый парень, с хорошей подготовкой, к тому же ваш, питерский. Нам сейчас не надо лишний раз мелькать.
– Ладно, не убеждай, Юлий Наумович. Я записал. Пусть подъезжает ваш Васильев завтра в одиннадцать к банку. Там, где у Львова головной офис. Адрес пусть уточнит. Приезжает с портфелем, понял? Его встретят. Всего доброго! – Крутов отключил телефон, даже не дождавшись ответа Голована.
«С каким еще портфелем?» – не понял министр. Он пристально посмотрел на вжавшегося в кресло и взмокшего от пота помощника. Тот был до смерти напуган: куда это его в очередной раз «засунул» шеф?
– Ну и повезло тебе, Юра. Начинается твой карьерный взлет, если, конечно, оправдаешь мои надежды. – Холеное лицо министра расплылось в недоброй улыбке. – Возьмешь под управление «Топлинк». Завтра тебе к одиннадцати надо быть у них в конторе. Примешь документы, печати. Но только без меня ни одной бумаги не подписывай, кроме расписок в получении. Понял?
– Слушаюсь и повинуюсь, шеф, но кто меня туда пустит? И вообще, справлюсь ли? – явно до конца не понимая, о чем и с кем сейчас разговаривал Голован, покорно пробормотал помощник министра.
– Ну знаешь!.. Не боги, в конце концов, горшки обжигают. У нас страна неограниченных возможностей! Помощники запросто становятся президентами. Так что не забудь меня, когда станешь президентом! – расхохотался Голован показавшейся ему удачной шутке.
В голове министра продолжал крутиться вопрос – на какой же портфель намекал Крутов? Неужели так просто? По телефону? Без эзоповых заморочек? Голован, несомненно, был ушлым игроком в «чиновничьих играх», поэтому все же сообразил, что в
– Я говорил, что это Голован? Волнуется. Как бы успеть вскочить на подножку уходящего поезда, – сообщил Крутов участникам совещания.
– Опять ему мало? – нахмурился Любимов. – Не наелся еще? Квартир в Москве выше крыши. И только по официальной декларации в месяц до сорока тысяч зеленых загребает.
– Что вы так волнуетесь? Конечно, это не империя Львова, но и ее треба разжувати, – заметил Кушаков. – Кроме того, Голован спит и видит, как разобраться с олигархом. Лично я ничуть не возражаю, чтобы они все между собой перегрызлись. Этот ваш Голован чем не олигарх? Почему не помочь людям разобраться?
Все, кто был в переговорной комнате, как один зашумели, словно на базаре.
– Ладно, товарищи, давайте ближе к делу, – стремясь быть рассудительным, попросил слова министр правопорядка Карелов. – Надо все-таки скоординировать наши действия. Иначе хлопот не оберемся. Вы посмотрите, что в некоторых местах происходит. Сталинградская битва! Но без линии фронта. Захват компаний идет в наглую. Стенка на стенку. Может, в свете того, что вы, Илья Ильич, рассказали о встрече с президентом, нам тоже надо взяться за наведение порядка? В конце концов, в законе речь не идет о мелких собственниках. Только о крупных.
– Думаю, вы правы, – согласился хозяин кабинета. – У нас и силенок не хватит, чтобы разобраться со всякой мелкой сошкой. Поэтому поторопимся по крупным компаниям, пока закон не отозвали, да с Рублевкой будет продолжаться неразбериха. Медики стоят твердо: карантин не снимать.
– Так они больше за свою репутацию пекутся, – зло заметил Любимов. – Так что, насколько я понимаю в апельсинах, еще месяц как Зона останется на замке. Теперь что касается всякой деловой «мелкоты». Здесь силы правопорядка способны сами разобраться с любыми проявлениями местнического произвола. Потом, конечно, подключим суды, чтобы все было в соответствии с новым законом.
– А что, это здорово и актуально – засудить за произвол! И президенту понравится такая принципиальность! – воскликнул в предвкушении прокурор Квадратов.
– Да, президент. Вот в ком вопрос… – словно разговаривая сам с собой, задумчиво произнес Любимов. – Мы обсуждаем черт-те что, а выборы, получается, вообще побоку? Он с Гудиным хоть встречался?
– Выдерживает паузу. Привыкает к новой коллизии, – ответил Крутов. – С президентом благодаря прежде всего нам будет полный порядок. Пойдет на новый срок? Это будет его решение. И все мы вновь встанем под его знамена.
– А если другой? – спросил кто-то из присутствующих.
В этот момент Крутов внимательно смотрел на портрет на дальней стене, будто спрашивал, слышит ли разговор человек, изображенный на нем.
