– Но я не был пьян! – настаивал на своем Годфри.
– Алкоголь не вызывает расширения зрачков, – задумчиво сказала она.
– Но у вашего мужа он вызвал именно такую реакцию. Каждый вечер с тех пор, как мы появились в д'Омсбери, его глаза были чернее ночи, – заспорила Уна, но потом была вынуждена признать: – Хотя я никогда не замечала, чтобы алкоголь оказывал подобное влияние на вашего отца и братьев.
– Лорд Алекс вовсе не пьяница, – сообщил Годфри. – И он не выпивал после вашего приезда.
– Что за чушь! – вспылила Уна. – Каждый вечер после нашего приезда в д'Омсбери он не мог на ногах стоять и едва ворочал языком. Он такой же пьяница, как лэрд Стюарт и его сыновья.
– Ничего подобного, – продолжал настаивать Годфри. Мальчишка покраснел и воинственно выпятил грудь – как петух, который собрался прокукарекать. – Лорд д'Омсбери не пьяница, и вы никогда не заставите меня поверить в то, что он пил несколько недель подряд.
– Нет, конечно, нет, – вздохнула Мерри.
– Что? – в один голос воскликнули Уна и Годфри. Мерри не была удивлена реакцией своей служанки, но поведение оруженосца, только что с пеной у рта защищавшего своего трезвенника хозяина, заставило ее слегка улыбнуться. Несмотря на весьма твердую позицию, парнишка, похоже, был не слишком уверен в своем господине. Мерри была рада объяснить ему, в чем дело.
– Алкоголь не вызывает расширения зрачков, – сказала она.
– А что вызывает? – спросила Уна.
– Некоторые травы и тонизирующие сборы, – сказала Мерри и внимательно посмотрела на Годфри. – Послушай, мне необходимо, чтобы ты очень точно описал, что чувствовал, когда начал приставать к Уне, и с чего все началось.
– Ой, ну… я… – Годфри покраснел, как спелое яблоко. Мерри понимала, что ему очень неловко, но ей нужна была информация.
– Поверь, я вовсе не пытаюсь тебя смутить, – сказала она, серьезно посмотрев на мальчика. – Это действительно очень важно.
– Сначала мне было очень плохо. Меня бросало то в жар, то в холод. И я сильно кашлял.
– Да, именно тогда я дала тебе вино с травами. Годфри поколебался, потом кивнул:
– Вскоре после этого я почувствовал себя как-то странно.
– Интересно, ведь я дала тебе обычный общеукрепляющий сбор, – пояснила Мерри, и тут ее осенило: – Подозреваю, что-то уже было в самом вине. Мы налили себе по полкружки, но Алекс сделал только один или два глотка. Потом мы отправились смотреть, что случилось с кобылой, затем явился ты и раскашлялся. Я взяла одну из кружек, чтобы размешать в ней травы, и только потом поняла, что это была кружка Алекса.
– То есть вы считаете, что вино моего господина было отравлено, а я его выпил? – растерянно спросил Годфри.
– Да. А теперь скажи, в чем проявилась странность твоего самочувствия и как скоро после того, как ты выпил вино, это началось.
– Думаю, это началось, когда я уже был в повозке. Уны еще не было. Я чувствовал себя отвратительно и никак не мог уснуть. За несколько минут до этого мне казалось, что я засну стоя, но как только я залез в повозку, сон как рукой сняло. Мне хотелось куда-то бежать. Но я знал, что вы и милорд рассердитесь, поэтому я смирно лежал и старался уснуть, но…
– Но? – поторопила Мерри.
– Мне показалось, что все вокруг расплывается, – сказал он, явно испытывая затруднения с подбором слов. – Я смотрел на костер, видел, что вокруг снуют люди, но у меня создалось впечатление, что все покрыто густой вуалью. – Он поморщился. Очевидно, воспоминания были не из приятных. – И еще мне было жарко, очень жарко. Я горел как в огне. Больше всего на свете мне хотелось сорвать с себя всю одежду, чтобы стало хоть немножко легче, а потом…
– Продолжай, – улыбнулась Мерри.
– А потом мой дракон пробудился и потребовал накормить его… немедленно…
– Именно дракон, – вмешалась Уна. – Такой здоровый…
– Продолжай, пожалуйста.
