— Нет. И ты не должен никому об этом рассказывать.
— Я буду молчать.
Рики снова задумался. Его так и подмывало спросить, что толкнуло Ясона на убийство, но он решил подождать, пока хозяин сам не раскроет все детали, когда посчитает нужным. Монгрел улыбнулся.
— А помнишь, что ты сказал мне в тот день, когда я предложил тебе свое тело? — Он презрительно скривился и прошептал, подражая оскорбительной манере блонди: — «Как это по-монгрельски!» Думаю, не такие уж мы с тобой и разные, если присмотреться.
— Ты прав, — с улыбкой признал Ясон. — Так и есть.
— А теперь у нас обоих руки в крови. Так что мы и тут похожи.
— Хм-м-м…
— Ясон!
— Да, любовь моя?
— А почему ты мне всё рассказал? В смысле, почему именно сейчас?
Блонди снова наклонился и нежно поцеловал его в губы.
— Просто потому… что так захотел. Ну а теперь, — добавил он, освобождая пета от цепей, — нам пора одеться и вернуться к обществу.
— Не уверен, — ухмыляясь, возразил монгрел. — Мне кажется, всё лучшее общество и так здесь.
Он потянулся за своей рубашкой и внезапно — впервые за очень долгое время — почувствовал себя счастливым. Его взволновала откровенность Ясона, но еще больше — его обещание подарить ему автомобиль. К тому же хозяин снял ограничения на сигареты и позволил посещать «Салун».
В конце концов, не так уж это и плохо — быть петом Ясона Минка.
Рики был вынужден признать: любой другой монгрел — или пет, если уж на то пошло — сказал бы, что ему удалось завоевать сердце блонди. Он и сам до конца не понимал, насколько важна для него стала любовь Ясона. Все эти чувства Рики скрывал в самом потаенном уголке собственной души и находил в них утешение, даже зная, что ему предстоит провести всю жизнь в тоске по свободе.
Теперь он мог спокойно носить свои цепи, потому что понял: ничего они не значат. Его сердце и так уже приковано к хозяину, и неважно, видны ли на золотых наручах инициалы «Я.М.». Он больше не сможет чувствовать себя абсолютно свободным, даже если Ясон отпустит его обратно в Церес.
Но, конечно же, блонди никогда этого не сделает.
Йоси удивленно уставился на Хейку и открыл было рот, чтобы что-то сказать, но, подумав, снова захлопнул его. Выражение глаз хирурга было очень многозначительным. И неожиданно… до боли знакомым.
Видя его реакцию, Хейку улыбнулся.
— Ты понял, что у меня на уме, Йоси?
Нахмурившись, Йоси на мгновение ушел глубоко в себя.
— Хейку, — произнес он наконец, — мы были… в смысле, ты и я, м-м-м… были мы… раньше… когда-то… любовниками?
Хирургу пришлось наклониться поближе, чтобы расслышать его слова. Йоси, как обычно, начал мямлить и запинаться, и Хейку давно уже привык в разговорах с другом напрягать слух. Но на этот раз он произнес слово «любовники» с таким осмысленным лицом, что Хейку был поражен: этот проблеск живого ума он в последний раз видел в глазах Йоси еще до нейрокоррекции.
— Йоси! — прошептал он, пытаясь справиться с наплывом чувств.
Он обнял друга, прижал его к своей груди и поцеловал со всей страстью, которая все эти годы жила в нем и не находила выхода. Казалось, он никак не может насытиться этим поцелуем. Едва заключив Йоси в объятия, он почувствовал, что бывший партнер отвечает ему — совсем как прежде. Руки его принялись блуждать по телу Йоси, а голова от волнения пошла кругом, так что он даже немного растерялся и не сразу сообразил, что делать дальше.
— Да, — прошептал он наконец, заставляя себя оторваться от любимых губ.
Заметив обнаженную, уязвимую шею, он тут же атаковал ее легкими укусами и короткими поцелуями. Йоси задрожал всем телом.
— Хейку! Это… это…
— Твое тело всё помнит, — прошептал Хейку и потерся щекой о щеку партнера. — Я прав?
— Я… я не знаю. Ох-х-х…
— Не нужно противиться, — тихо сказал Хейку. — Пусть всё идет как идет.
Он расстегнул тунику Йоси и прикоснулся ладонью к теплой коже. Усилием воли сдерживая нетерпение, он принялся выкручивать и пощипывать соски партнера, помня по опыту, что перед такими ласками тот никогда не мог устоять.
— М-м-м… — Йоси возбудился дальше некуда, но всё еще пребывал в некотором раздрае — ощущения были слишком сильными. — О-о-о!
— Все хорошо, дорогой мой. Тебе всегда это нравилось — помнишь?
— Помоги! — всхлипнул Йоси. — Помоги мне!
Хейку тут же отстранился и нахмурился.
— Прости. Хочешь, чтобы я прекратил?
— Если ты не прекратишь, — заявил Йоси, — на моих брюках будет пятно.
Хейку не удержался от смеха.
— И это всё, что тебя беспокоит?
Йоси уставился на впечатляющий бугор у себя в паху.
— К тому же мой пенис…шевелится. Обычно он так не делает. В смысле, так сильно.
— Хм-м-м… — Бионическая рука скользнула вниз по чувствительному животу Йоси, и у того вырвался непроизвольный вздох.
Легким движением пальца Хейку расстегнул молнию на брюках партнера — профессиональная ловкость хирурга в сочетании с новейшими технологиями предоставляла ему ошеломляющие возможности. Подвижные пальцы нежно прошлись по всей длине ствола Йоси, ощутив, как сильно натянулась кожица на трепещущем органе.
Йоси вскрикнул и вцепился в Хейку, словно у него внезапно подкосились ноги.
