- Из-за такого как ты умерла моя мама – тихим тоном начала я и сделала очередной глоток, заглушающий укоренившуюся боль от воспоминаний – и я вас всех ненавижу! Она работала на двух работах, чтобы прокормить нас. Однажды, она возвращалась домой после тяжелой смены на заводе, на улице была поздняя ночь, и какой-то мужик изнасиловал ее в подворотне. Я тогда не спала, ждала ее и, не переставая, выглядывала в окно, но мамы все не было и не было. Она пришла под утро, с потеками туши на лице, ссадинами и порванной одеждой. Мне было восемь лет, и, конечно, я ничего еще не понимала. Она сказала, что поскользнулась и упала, и что все будет хорошо. Мама знала напавшего на нее ублюдка, он жил в нашем городе. Она не побоялась, пошла в милицию и подала заявление. А этот зверь оказался сыночком прокурора. Избалованным, сука, сыночком прокурора, которому все было дозволено! Ее заставили забрать заявление, а по маленькому городу пошла молва о случившемся. Злобные люди стали показывать на маму пальцами, мол она сама была виновата, спровоцировала бедного и несчастного. Началась настоящая травля. Я до сих пор не понимаю, как такая сильная духом женщина сломалась и смогла пойти на такое. Как-то раз я задержалась в школе, после уроков заигралась с ребятами в казаки-разбойники. Когда я вернулась домой, первое, что я увидела, зайдя в дом – это бездыханное тело мамы, висящее на трубе с удавкой на шее. Ей было всего лишь 29 лет! 29 ЛЕТ, БЛЯТЬ! Эта картина до сих пор стоит перед моими глазами, как будто это было вчера и я помню все в мельчайших подробностях. Я собственными руками снимала ее с петли, плакала и звала, пытаясь разбудить. Потом я долго не могла простить ее за то, что она оставила меня одну в этом гребанном и жестоком мире. Но я ведь была мелкой и многого не знала, а когда я повзрослела, мама Таня мне все рассказала. Внутри меня поселилась разъедающая ненависть и злость! И я захотела отомстить. Навела справки, поспрашивала у людей про этого мудака. Оказалось, кара небесная настигла его раньше меня. Влиятельного папочку поймали на взятке и посадили, а его горячо обожаемый сынуля сторчался как конченый бомж в канаве. Вот и сказочке конец…. Да только это совсем не сказка, к сожалению, а мое мрачное прошлое, с которым я теперь живу.
Окончив свое признание, я сделала последний глоток виски и откинула пустую бутылку в сторону. Кирилл смотрел на меня с сочувствующим видом, но мне не нужна была его жалость. Я открылась ему для того, чтобы он понял, насколько сильную боль мне причинил. Вытерев рукавом щеки, по которым градом скатывались соленые реки и, шмыгнув носом, я попыталась встать с дивана, но от выпитого алкоголя резко закружилась голова и я пошатнулась. Кирилл тут же подскочил с пола и хотел поймать меня.
- Не трогай – быстро убрав руку, злобно прошипела я пьяным голосом.
Он отступил, а я подняла свою куртку с рюкзаком, оделась и направилась к выходу.
- Алиса – взволнованно произнес Кирилл – ты сможешь когда-нибудь простить меня?
Обернувшись, я посмотрела на него глазами, опухшими от слез. Хуже всего было то, что мое тело откликнулось на его тихий и хриплый голос.
- Я понимаю, что сама дала тебе повод для ревности – равнодушным тоном начала я - но не ожидала, что ты поступишь настолько жестоко! Я тебя люблю и ненавижу себя за это! И поэтому я не знаю ответа на твой вопрос.
Не желая больше продолжать разговор, я вышла из квартиры и громко хлопнула дверью.
Когда я вернулась в общежитие, я посильнее натянула капюшон, чтобы никто из ребят не увидел моего лица.
- Эл, где ты была? – вскочила со стула Машка, как только я вошла в комнату – ни ты, ни Сашка не отвечаете на звонки!
Я молча разулась, скинула куртку и рюкзак и, слегка пошатываясь, прошла в комнату.
- Алиса – строгим тоном обратилась ко мне Настя, откладывая глянцевый журнал – ты в порядке?
Сняв капюшон и посмотрев на подруг, я заметила, как широко раскрываются их глаза от увиденного. Вид у меня, конечно, был жалкий: бледная кожа, глаза, красные от слез с темными кругами, растрепанные волосы и опухшая губа. И еще появился этот жуткий перегар.
- Мы с Кириллом расстались – пытаясь сдержать дрожь в голосе, произнесла я и провела ладонями по волосам в направлении хвоста – и я больше не хочу ничего о нем слышать.
- И если ты вздумаешь опять ему помогать – я злобно посмотрела на Настю и указала на нее пальцем – ты мне больше не подруга!
