Я не успел договорить. Острая боль резанула моё тело. Из моей груди высунулось окровавленное острие ножа, сверкающее по краями духовной силой.
Я шоке уставился на лезвие… после чего завалился на бок и рухнул на пол. Мой покров погас. Отражение выпустило киллера.
Я упал на спину. Мое взгляд остановился на вдове Черновой. Её взгляд, обращенный на меня, из теплого стал холодным и жестоким. В руке она держала окровавленный столовый нож.
Она поправила сбившиеся на лицо локоны, и я на мгновение увидел под её ушами воспаленные шрамы. Точно такие же, какие были у киллера.
Надо было вставать, лечиться и вступать в бой с новым противником. Но я уже не мог ничего сделать. Ведь нож, заряженный духовной силой, пронзил мое сердце… Удар был нанесен мастерски.
Жить мне осталось… ну минут пять, наверное. Без кровообращения мозг примерно столько и продержится, а потом начнут отмирать нейроны. И все, финита ля комедия.
Я лишь каким то чудом не отрубился от дикой боли и шока. Сила одаренного вливалась в мои вены вперемешку с адреналином, заставляя сознание работать.
— Отражение… — прохрипел я.
Розовое облако влетело в меня и сконцентрировалось вокруг пробитого сердца. К сожалению, Отражение не умело регенерировать ткани. Но у меня была кое-какая другая возможность.
Отражение уменьшилось до максимально мизерного состояния, до микроуровня. Используя щупальца, словно медицинские нити, оно начало сшивать собой повреждённые ткани. А потом дало лёгкий электрический разряд, заставив сердечную мышцу работать.
Удар… другой… и сшитое сердце снова начало биться. Я получил ещё один шанс.
Уф… мне повезло, Отражение все-таки справилось. Правда, дикая боль в груди меня все ещё не отпускает. Но по крайней мере я могу действовать.
А вот Отражение нет. Все свои возможности оно тратит на то, чтобы мое сердце не развалилось на куски. Если я сейчас использую Отражение и прикажу ему напасть, то рана снова откроется. И мне крышка.
Только вот мои враги об этом не знают.
Я молча поднялся на ноги, буравя взглядом и киллера, и графиню Чернову… ложную графиню Чернову.
Оба в шоке смотрели на меня. Графиня побледнела, как полотно.
— Я… я же ударила ему прямо в сердце… — пролепетала она, — Даже одаренный не выжил бы после такого…
Она поддерживала лже-барона, тот стоял, опираясь на ее плечо. Все-таки Отражение отделало его очень знатно.
— Сдавайтесь, — произнес я, мой голос звучал хрипло и жутко, — Или я за себя не отвечаю.
Какой же я сраный мастер блефа… Хорошо, что эта парочка понятия не имеет о том, как работает Отражение. Ох… как же сердце болит. Надеюсь, Отражение меня не подведёт и в этот раз…
А ещё я надеюсь, что эта парочка перепугается до смерти и прекратит сопротивление. В противном случае они меня раскусят. И устроят мне полный цугундер.
Обстановка вокруг нас постепенно успокаивалась. Тряска прекратилась. Остров стабилизировал свой полет. Князь Омутов, кажется, разрешил ситуацию, и катастрофа нам больше не грозила.
Правда, издалека все ещё долетали звуки автоматных очередей. Кажется, какие-то разборки все еще продолжались.
Тем не менее, у меня возникло ощущение, что время играет на меня. Скоро служба безопасности рода Омутовых придет мне на помощь.
— Кошмар! — жаловалась какая-то дама неподалеку, поправляя пышную прическу, — Это возмутительно! Куда смотрит князь Омутов? Его безответственность чуть не стоила нам жизней!
Я внимательно смотрел на злокозненную парочку, стараясь выглядеть как можно более злым и угрожающим. Спину ровно, нижнюю челюсть вперёд, взгляд тупой и наглый… в смысле, по аристократически храбрый и благородный, пылающий праведным гневом.
Лже-Чернова выглядела испуганной. Ее глаза широко распахнулись, а губы задрожали. Окровавленный нож выпал из ее руки и зазвенел по полу.
А вот лже-барон, он же убийца, сдаваться не спешил. Внимательно глядя на меня, он сунул руку в карман. И я прекрасно осознавал, что означает этот жест. Кажется, цугундер все ближе и ближе…
Неужели придется рисковать и использовать Отражение? Второй такой встряски организм может и не пережить.
…Светлана Омутова с хрустом влетела киллеру в бок, вдавив ему колено под ребро. Самозванец выпучил глаза и широко распахнул рот. Светка с размаху добавила ему закрепляющий в челюсть. Самозванец рухнул на пол, широко раскинув руки.
Светка развернулась к лже-Черновой. Та подняла руки и с испуганным видом медленно попятилась.
— Тебе повезло, что мы с тетей не виделись больше года, — процедила Света, с презрением глядя на самозванку, — Иначе я бы тебя раскусила в два счета. Но должна признать, биографию тети ты выучила отменно… и даже привычки ее знала досконально. В том числе и манеру речи.
— Княжна, прошу, милости! — запричитала та, — Я не виновата, меня заставили!
Она рухнула на колени, выражая полную покорность.
— Где моя тетя? — процедила Света, нависая над ней. Сияние духовной силы окутало наследницу Омутовых мерно мерцающим коконом. От нее повалил пар.
— Я все скажу, все! Пощадите!
