Ведьма вновь выбросила руку вперед. Ник сделал еще одну попытку уклониться, но ему помешали спины оглушенных людей. Маневр вышел неполный, ведьма задела плечо чародея, одним движением превратив кожу плаща в длинные клочковатые ленточки. Все происходило слишком быстро – второй рукой Ингер вцепилась в лацкан плаща и рывком притянула Ника к себе. Сила в ней была нечеловечная и чародей с ужасом понял, что отрывается от земли. Он замахнулся посохом-тростью, но Ингер вырвала его из рук и швырнула куда-то в заброшенные могилы. Посиневшие губы сложились в злорадную ухмылку.
– Что вы творите! Перестаньте! – Мариэлла отважно полезла между ними.
– Отвали, дрянь! – рявкнула ведьма.
Глаза ее превратились в черные диски на фоне белков. Ингер с силой толкнула Мариэллу, и та отлетела в сторону тряпичной куклой, едва не налетев на гроб. Толпа вокруг разразилась криками, начала рассыпаться кто куда. Ник сделал порывистое движение, чтобы освободиться, но ведьма, скинув личину, превратилась в настоящую машину для убийств, которая точно знает, что делает. Узловатые пальцы со сверхъестественной силой сдавили горло чародея. Паника захлестнула мозг – ей ничего не стоило раздавить Нику трахею или сломать шею.
Вяземский оторвавшись от телефона побежал к ним, но Евгений оказался быстрее. На хожу он уде выдёргивал пистолет из наплечной кобуры. Позвоночник затрещал, а доступ воздуха к легким оказался перерыт совсем. Сосредоточиться на магии, не получалось, когда организм только и думал, как бы ему сделать вздох. Перед глазами все пошло цветными мушками.
Рядом пронеслось нечто белокурое и давление на глотку чуть ослабело. Сквозь мерцающие блики Ник смог разглядеть Изольду, которая вцепилась в запястье сестры по ковену.
– Ингер, хватит! – рявкнула она.
– Скольких ещё из нас он должен убить, чтобы ты поняла, кто убийца! – прорычала в ответ скандинавка. Она совершено не собиралась отступать. Мир для чародея стал сводиться в черную точку.
Вены на руке Сверчинской напряглись, когда та начала выкручивать запястье Ингер. Еще пару секунд продержалась ожесточенная борьба двух ведьм, но Изольда все-таки заставила Ингер отцепиться. Воздух с такой неожиданностью хлынул в лёгкие, что чародей едва не упал и закашлялся, согнувшись пополам.
Подоспел Евгений. Глаза его побелели от напряжения. Рядом Вяземский хлопотал над супругой. Бока ее отдувались, лицо побелело еще сильнее.
– Что здесь происходит? – прорычал Архангел, крепко прижимая Мариэллу к себе. – Вы, барышни, совсем ополоумели!?
Ингер вернула салим чертам более человеческий вид, хотя все равно оставалась страшна до безумия. Не видя и не слыша никого вокруг, она выкрикнула:
– Чародей убил Кару! Потому что она вчера заподозрила его!
Мигом весь ковен собрался вокруг, отгораживая бушующую ведьму от остальных приустающих.
– Это бездоказательно. – покачала головой Джудит. Ее короткие кудряшки нервно подпрыгивали над плечами.
– А того, что он был в отеле в ночь убийства недостаточно? Мы с Мариной только оттуда. Там все провоняло его духом! – выплюнула Ингер и снова рванулась.
– Успокойся! – проскрежетала зубами Изольда. Ее мотало из стороны в сторону, как тоненькое деревце в грозу. Даже ей было тяжело справиться с яростью скандинавки.
Перед глазами немного прояснилось и Ник выпрямился. Ковен, прожигал его неприязненными взглядами, которые разнились от ненависти в глазах Ингер, до холодной мрачности Валери и Мэдлин. На секунду все застыли. Испуганно замолчали даже все остальные люди вокруг.
Сверчинская смерила ковен взглядом, после чего махнула рукой на выход.
– За мной. – голосом ее можно было высекать породу.
Изольда первая подошла со своим букетом алых роз к гробу, склонилась на прощание к Зарине, после чего молча направилась к выходу, не глядя на чародея. Она силой утянула за собой Ингер, в то время как остальные ведьмы последовали ее примеру.
Мини отряд удалялся по дорожке в полном молчании присутствующих. Вяземские переглянулись. Мариэлла, утирая постоянно набегающие вновь слезы, тоже попрощалась с подругой. Под руку с Михаилом Анатольевичем они направились к выходу.
Ник настолько подавленный этими событиями, стоял какое-то время без движения. Потом заметил, как уничижительно смотрят на него оставшиеся и торопливо положил свой букет. Глядя в безмятежное лицо Зарины в последний раз, чародей попросил только, чтобы та простила его за весь этот концерт и не держала зла. Уже сделав пару шагов Ник, вспомнил о трости. Сгорая от стыда, он вернулся и нашёл посох, запутавшийся в кусте бузины. Когда он, отряхиваясь и проклиная все на свете вылез на аллею, то заметил, что его дожидается невозмутимый Евгений. Вместе они направились к выходу.
– Стыдоба. – донеслось из толпы.
– Еще раз приносим свои соболезнования. – сказал за всех чародей и ускорил шаг.
