Отец Лаврентий приблизился к импровизированной могиле, приложил руку к надписи на стене и прошептал короткую фрау на немецком. Языка Ник не знал, за то смысл фразы на русском ему был известен «Интуиция никогда не подводит того, кто ко всему готов». Это была не самая известная цитата Канта, но она никак лучше отображала происходящее.
А именно, кто бы мог подумать, что надгробная плита Канта начнет отодвигается в сторону, открывая почти отвесный лаз с крутой лестницей.
Чародей боязливо обернулся по сторонам – никого. Хотя в прочем любопытного и в некоторой степени образованного человека обязательно должен был насторожить тот факт, почему количество колонн у могилы Канта тринадцать, хотя немцы сторонники симметрии. Еще до того, как Третий Рейх оккупировал подземелья Старого замка под свою исследовательскую лабораторию от Кафедрального Собора в том направлении шел лаз, символично обозначенный такой скрытой числовой деталью в архитектуре. Нисколько не удивительно, что по стечению обстоятельств, что база Аненербе здесь получила название «Кенигсберг 13».
Ник поморщился, когда изнутри повеяло гнилью, мокрым камнем и затхлой землей. Правда, как в могиле.
Однако Лаврентий несмотря на полную темноту невозмутимо зашагал по лестнице и уже через пару секунд неровные световые блики заиграли на полированном камне. Ник выдохнул и направился к проходу.
– Что за дело привело вас к Библиотеку? – Лаврентий стоял на нижней площадке.
Ник повременил с ответом до того момента, пока сам обоими подошвами не коснулся земли. Лестница представляла собой скользкие выбитые в камни выемки, куда надо было ставить ноги и отродясь н знала о существовании перил, поэтому уж слишком велик был риск грохнуться и заменить своим трупом Канта. Как только священник не свернул себе шею, запутавшись в рясе?
После спуска чародей рассказал все так, как оно было, только без упоминая имен. Рассказал о проклятой девушке, о том, что ведьма наложившая заклятие умерла, оставив ему разбираться с этим кошмаром и теперь Ник искал способ снять проклятие. Лаврентий слушал, задумчиво прикрыв глаза.
– Бедная девушка, конечно, ей нужно помочь. Идемте. – печально изрек он, вытащив зажжённый факел из кольца в стене и зашелестел полами рясы по подземному коридору.
Ник поглядел вперед. Этот тоннель не многим отличался от того, по которому чародей добирался до Блютгерихта вчера, только был шире и продолжал расширяться до размеров небольшой трассы. Как минимум две В принципе весь Калининград был городом на городе и еще неизвестно какой из двух – верхний или потайной больше.
Писатели-фантасты не слишком преувеличивали, раздувая миф до фантасмагорических масштабов, потому что по истине огромное количество тоннелей связывало весь город. Об одних было известно людям, а другие не стоило открывать ни при каких условиях.
Стены содрогнулась, и с потолка посыпалась земля. Ник со скептическим видом стряхнул комья с плеч.
– Что это такое? – спросил чародей.
Время от времени в тоннеле раздавался какой-то неясный грохот, сопровождающийся ощутимыми толчками.
– Как наверху началась стройка, здесь постоянно так. – печально усмехнулся Лаврентий. Я хочу купить пару касок на всякий случай. – он продолжил с невиданным жаром. – Кому-то вздумалось построить на месте Старого Замка торговый центр, а мародёрам это только на руку! Пробираются в котлованы, и все растаскивают, все! Представляете какие негодники? Вы, кстати говоря, где эти артефакты нашли?
Надо сказать, что «Кёнигсберг 13» был лишь вершиной айсберга мистики Калининграда или правильнее сказать его сердцем, которое всецело приватизировал Магикулум по окончании Второй Мировой. Но после Гитлера здесь осталось еще уйма неисследованных даже самими магами проходов, в которых тоже хранилось много интересного и опасного. Именно на такие жилы натыкали Вадик и ко, но беспокоило Ника сейчас другое.
– Я тут провел профилактическую беседу с одной такой компанией охотников приключений на свою задницу, так что за них можете не беспокоиться. Они не должны больше соваться. – нахмурился чародей. – Но что будет с хранилищами Кенигсберга 13? Ведь во время строительства. Ее скажем так могут обнаружить. Или, что не менее страшно, произойдёт обвал и все древности погибнут в земле или в воде на веки вечные.
Туннели пролегали под рекой Преголей, и, если пойдут трещины… Пожалуй, стоило поблагодарить Бога, что на путешественников еще не капала вода. Чародей, прикрыв глаза, поморщился. Кажется, у него начинала развиваться клаустрофобия.
– Не знаю, честно признаться, не знаю, Ник. – сокрушенно покачал головой отец Лаврентий. – Все так неопределенно, право слово. Но мы долы быть кепи в своей вере и тогда Господь снизойдет до нас.
– Простите конечно, но здесь мы скорее ближе к Аду, чем к Раю. – не сдержался Ник.
Священник был так подавлен, что чародею захотелось его подбодрить пусть даже и возмутительным замечанием. Ясное дело, что для Лаврентия, потеря хранилищ станет личной трагедией. Уловка сработала.
