Он погрузился в сладкую дрему, губами чувствуя ее тепло и нежную кожу. Ему вновь приснился тот сон, который не давал ему покоя многие годы тому назад. Елена. Плачущая Елена, которая вновь и вновь разбивалась на осколки в его объятьях. Но на этот раз Деймон нашел в себе силы смотреть не только на свои окровавленные руки, но и поднять взгляд на еле уловимое движение, которое он заметил краем глаза. Никого. И тут… Объятья. Снова. Но в этот раз обнимали его. И раскололся он сам. Один миг и Деймон уже целует Елену, чувствуя присутствие их детей, хотя он их и не видел. Это счастье. То, чего он боялся и от чего возводил стены в своей душе. Только Елена и их дети смогли проложить нерушимые мосты и укрепить их любовь.
Женщина, хранимая и обожаемая, не спала вовсе. Она ласково гладила своего мужа по голове, словно маленького ребенка.
«Как же вы с Каином похожи… Тот тоже обожает, когда ему так делают…»
Елена перебирала темные пряди и изредка касалась его лба губами… Потрясающее это чувство — любовь.
«У тебя же она была особенно горделивой», — усмехнулась она своим мыслям. — «И Кира это переняла у тебя…»
Тишина и покой. Наверное, в сотый раз они пропускали балы, дипломатические переговоры и прочие мероприятия вот именно таким способом. Даже сейчас им было все равно, что внизу, наверняка, и даже не наверняка, а точно, рвет и мечет лидер клана. Что за все это приходится отчитываться бедолаге Мадаре, к которому Елена прониклась доверием. Особенно «старого маразматика» любили дети. Всегда спокойный и загадочный… В общем, что тут говорить… Попадало всем, кроме них самих виновников.
Но насладиться обществом друг друга спокойно им не дали… Комната была на верхних ярусах замка, зал же ниже, но даже здесь они услышали вопль лидера клана. Злой ор, говоривший что-то приблизительно эдакое: «найду — убью». А продемонстрировал свои прекрасные вокальные данные Зейн следующими словами:
— Деймон Драгоцкий!!! Где Ты?!!