Разумеется, открытие перехода материальных тел в виртуальность сравнимо с чудом или волшебством. Но ведь волшебники не всегда бывают добрыми, а их дела — благостными. Страшнее же всего то, что мир еще не догадывается о грозящей ему катастрофе. Он, как доктор Фауст, пока не подозревает о существовании Мефистофеля, уже вышедшего на поиски душ человеческих…
А пальба на базе все не затихала. Полковник ерзал на сиденье, видимо, переживая за своих людей, пытавшихся еще сопротивляться.
— А вы-то что?! Предатели! Они вас перекупили! — орал он то на водителя, то на Ленокса.
Те молчали, будто не слыша его яростных воплей, и потому я ответил за них:
— Не нервничайте, полковник. Это зомбирование. Хааны могут подчинять людей своей воле при помощи телепатии.
— Откуда вы знаете? — удивленно посмотрел он на меня.
— Вы забыли? Я уже встречался с этими тварями в виртуально…
— Молчать! — рявкнул Ленокс и ударил меня кулаком в лицо.
Из носа хлынула кровь, и я резко запрокинул голову, пытаясь унять кровотечение.
— Три дня назад часовой подстрелил одно из этих чудищ. Мы никак не могли понять, откуда оно взялось на территории базы, — скороговоркой произнес полковник и тут же получил от Ленокса свою порцию.
Правда, удар Блэкмор выдержал профессионально, без красной юшки, которой я все еще умывался. И тем не менее он так и не решился продолжить свой рассказ.
Да и в принципе что он мог еще добавить? Что передал сообщение в штаб и ему ответили, чтобы он ждал комиссию. Но по каким-то причинам приезд ее отложили, и тогда Блэкмор помчался в Лэнгли за парнем, который уже встречался с хаанами. Впрочем, все могло быть и по-иному — не суть важно. Ясно одно — пока еще никто не ударил в набат, не встревожился по-настоящему. Иначе военные давно уже оцепили бы весь квадрат.
А вообще чего я гадаю? Может, комиссия и работала, но ее вместе с гарнизоном накрыли хааны? Нет, и впрямь я кретин, нашел о чем думать в такую минуту! Сейчас надо соображать, как выпутаться из этой истории, а не ломать голову над вопросами, которые вполне могут оставаться без ответов. И ничего при этом не произойдет. Ну, будет у меня информации чуть больше, нежели раньше, а что в ней проку? Действовать надо, а не думать.
Мы с полковником сидели на заднем сиденье, Ленокс — рядом с водителем, но повернувшись так, чтобы видеть нас обоих. Однако при всем желании он не мог наблюдать за моими руками. И это была оплошность. Не его, конечно, а хаанов, которые его контролировали. Впрочем, я не знал, как использовать эту ошибку. Начать возню и получить пулю в лоб мне совершенно не хотелось. Так что оставалось ждать подходящего момента, если, конечно, он представится…
И вновь накатили мысли…
«Нет, даже в страшном сне не могло привидеться, что рисованные невсамделишные персонажи компьютерной игры вдруг оживут и станут вполне реальными и осязаемыми. Интересно, наделены они зачатками разума или действуют согласно алгоритму, созданному программистами? Скорее всего последнее. Разум — вещь уникальная и достаточно сложная, чтобы появиться у одухотворившихся графобов. Но легче ли нам будет от этого? Ведь они были созданы ради одной цели — убивать. Причем убивать не кого-нибудь, а нас, людей».
Но тут же вскинулся я-оптимист.
«Не говори ерунды. Одно дело бороться с разумными бестиями, другое — с животными. Да-да, именно животными. Ведь поведение, согласно выработанной, неизменяемой программе, — это тот же самый инстинкт!»
«Ага, — встал на дыбы пессимист, — это где ты видел животных, летающих на боевых космических кораблях?!»
«В любом случае человек умнее и хитрее, — стоял на своем оптимист. — Можно найти программистов, создавших „Вторжение“, и узнать алгоритмы, по которым действуют хааны. А знать, как мыслит враг, как он поведет себя в той или иной ситуации, — это равносильно победе».
«А про телепатию ты забыл? — не сдавался пессимист. — Они натравят нас друг на друга, и, чтобы подчинить себе наш мир, им самим даже воевать не придется».
«Вот это действительно проблема!» — согласился оптимист.
«Значит, я все-таки прижал тебя к стенке?»
«Ну уж нет! Есть и другие способы справиться с этой дрянью. Уверен, что они абсолютно не будут знать, как действовать, если и мы будем вести себя неадекватно».
Черт! А ведь, похоже, это и впрямь выход…
— Остановите машину! — громко приказал я. Ленокс удивленно уставился на меня.
— Вы поступаете в мое распоряжение.
Но по-прежнему на меня было направлено дуло пистолета, а водитель выжимал педаль акселератора, не собираясь притормаживать.
«Неужели не прошло?» — с тоской подумал я, не собираясь все же сдаваться.
— Я верховный хаан. Именно я руковожу операцией!
— Нам не отменяли предыдущего распоряжения, — без всяких эмоций ответил Ленокс.
Черт, почему я не гипнотизер?! Хотя… Я вспомнил, как сопливый помощник Бена Берримора побежал вешаться в туалет, и, зажмурив глаза, попытался внушить Леноксу приказ отдать мне оружие.
И тут же накатила знакомая душная волна…
