Узнать; что было бы "иначе", мне не суждено. Моя правая рука, медленно положившая платок на его обычное место, во внутренний карман пиджака, обратное движение проделывает молниеносно одновременно со стремительным поворотом корпуса. И она, конечно, не пуста. Иньектор оружие слабенькое, почти игрушечное. Но при грамотном пользовании...
Получив сразу две дозы - одну в правое плечо, другую, уже более прицельно, в левое, лейтенант судорожно дергается, пытается достать из кобуры пистолет, но, конечно, не успевает и медленно оседает на пол. Я подхватываю его под мышки, чтобы не ударился головой, и первым делом завершаю начатое лейтенантом дело: вынимаю из кобуры пистолет. Я почему-то чувствую себя спокойнее, когда у возможного противника нет оружия. Прости, лейтенант, но у меня не было другого выхода. "Тригон" должен быть спасен и эта цель оправдывает любые средства!
Составив вместе несколько стульев, я укладываю на них лейтенанта Шишкина и заботливо подкладываю под коротко стриженную голову шапку.
Итак, времени у меня - около часа. Что я хотел? План пятого этажа корпуса семь, который, помнится, лежал на сапсановском столе - раз, и еще какую-нибудь документацию комплекса "Тригон" - два.
- "Тригон" должен быть спасен, - говорю я вслух сам себе. И спасти его могу только я. Вояки его не одолеют, это ясно. Но вот Грибников... Наверняка он придумает что-нибудь похитрее, чем гранатометание. А я должен его опередить. Опередить точно так же, как опережаю технокрыс: методом упреждающей разработки средства нападения и, одновременно, эффективной защиты против него.
План пятого этажа я нахожу на полу. Видимо, когда в комиссии началась паника, кто-то, пробегая, сбросил его. Так, а еще что-нибудь?
Минут пять я роюсь в каких-то папках. План эвакуации на случай пожара, схема питания комплекса "Тригон"...
Во дворе института, со стороны подстанции, что-то взрывается. Я бросаюсь к окну, распахиваю раму. С хрустом отрывается бумажная полоска.
Жаль, отсюда почти ничего не видно. Несколько гвардейцев в пятнистых полушубках бегут со стороны ворот - вот и все новости.
Плотно закрыв раму, я выхожу в коридор и спешу в дальний его конец. Здешнее окно должно выходить на подстанцию. Открывать его опасно. Поэтому...
Поочередно прикладывая пальцы и согревая стекло дыханием, я протаиваю в морозном узоре маленькую луночку. Да, подстанция отсюда видна. Она цела и невредима. А на пятачке метрах в пятидесяти от трансформаторов - как раз там, где мы с майором недавно спасали солдата, - крутится бээмпэшка. Один оборот, второй... Бронетанковый вальс.
Луночка стала чуть больше. Ага, вот в чем дело: у БМП соскочила одна гусеница. И кто же это ее, сердешную, так обидел?
Из-под исправной гусеницы взметывается снежный вихрь. Через пару секунд стекла вздрагивают от грохота, а бээмпэшка, распластав на снегу змею второй гусеницы, замирает. Своя своих не познаша.
Гражданская война в пределах одного взвода.
Господи, только бы жертв не было!
Отсюда не разобрать, кто выскакивает из покалеченной бээмпэшки майор или кто другой. Но тогда майор - тот, кто прыгает на броню. Вот они сцепились, упали в снег, покатились... Но не стреляют. Умницы.
Стекло быстро покрывается ледяной корочкой, и мне приходится снова и снова согревать его дыханием и пальцами. Фигурки уже разъединились и поднялись со снега. Одна легко взлетает на броню и скрывается в чреве бээмпэшки, вторая, размахивая руками, что-то кричит. Ага, это и есть майор. По его команде солдаты перебегают с места на место. Проходит несколько секунд, прежде чем я начинаю улавливать в хаосе гармонию: это они занимают оборону вокруг подстанции. Я нечаянно произнес вслух тайное волшебное слово - и вот уже враг стал другом, и башня бээмпэшки, развернувшись, целится стволом пушки не в подстанцию, а в сторону ворот.
Я отрываюсь от окна, прячу озябшие руки в карманы пальто.
Итак, подстанция надежно защищена, с этой стороны к "Тригону" не подступиться. Есть, конечно, еще смотровые колодцы, но они подо льдом и снегом и наверняка защищены тем же "полем ужаса". Главный энергетик говорил что-то такое. Линии связи, судя по всему, Грибникову отключить тоже не удастся. Корпус семь можно было бы просто разбомбить, или запустить в окошко ПТУРС. Но там люди, и ни один командир такого приказа не отдаст. Был еще вариант со снайперами. Но, кажется, с минуты на минуту и он отпадет. Итак, "Тригону" ничто не угрожает? По крайней мере несколько дней, пока не протянут силовые кабели в роддом - и куда там еще? - и не отключат электричество во всем районе. Но к этому времени военные будут охранять уже все подстанции, и у того, кто захочет вывести компьютеры из строя, опять-таки ничего не получится.
