— Я помню, когда она придумала эту историю. С ней была я, а не её брат. Мы купили у кого-то марихуану и курили, наблюдая за пчелиным роем, летавшим у дерева, что высилось над нами. Пчёлы никуда её не поднимали. Они просто летали. А потом она всем стала рассказывать, что с ней приключилось чудо, и её брат может это подтвердить. Я знала, что она сочиняет.
— То есть вы уверены, что эту историю она выдумала?
СиСи насыпала в миску корм для кота и снова посмотрела на гостью.
— Я же говорю: то, что я видела, я видела, а что нет — то нет. Потом я предположила, что, возможно, у неё и впрямь был контакт с пчёлами в другой день, когда рядом находился только её брат, как она утверждала. Понимаете, мы были близки. Очень. Я не хотела навлекать на неё неприятности.
— То есть наверняка вы не знаете, так? — спросила журналистка. — История, конечно, из области фантастики, но сама идея о том, что Бог сообщил ей некую мудрость посредством огромного пчелиного роя…
— Я знаю Марни, — твердо сказала СиСи. — Она умеет выдать ложь за правду. В то время я считала, что в её способности убедительно лгать нет ничего плохого. Но я не видела, чтобы её «мудрость» откуда-то к ней снизошла.
— Я вас не совсем понимаю.
— Думаю, понимаете, — возразила СиСи. — Просто не хотите это признать. Будь я Марни Спеллман, вы сейчас кивали бы мне, как китайский болванчик.
— И все же объясните, прошу вас. Мне как-то недосуг загадки разгадывать.
— Извольте. Мое мнение такое: либо она все это выдумала, либо почерпнула свою «мудрость» не у Бога, а из какого-то другого источника. Кстати, если хотите знать, в отношении Бога я предпочитаю использовать местоимения мужского рода.
— Вот теперь ясно, — ответила Джастина. — Но если свою мудрость она почерпнула не у Бога, тогда у кого?
— Это вопрос не ко мне.
На следующий день Джастина сдала в газету статью под заголовком «Подруга детства называет Спеллман „опасной мошенницей“».
Спустя два дня, хотя статья ещё не была напечатана, кто-то поджёг дом Уитменов, бросив в него самодельную зажигательную бомбу — банку, набитую тряпками, которые были вымочены в горючем. Слава богу, что Уитменов в это время дома не оказалось.
Пострадал только их питомец — кот Феликс.
На следующий день в газете вышла статья.
«Пожар в доме. Подозрения на поджог».
— Они очень расстроились из-за статьи о поджоге, — сказала Джастина. — Переживали, что она разожжет еще более сильный пожар ненависти к ним, вы уж простите за каламбур. После этого они уехали. Навсегда. Даже не попрощались ни с соседями, ни с близкими друзьями.
— Из соображений безопасности?
— Да, наверно, — помедлив, произнесла Джастина.
— А вашу статью так и не напечатали.
— Нет.
— Почему?
Джастина допила свой кофе.
— Точно не знаю, детектив. Хотя догадываюсь. Я спросила редактора, почему мою статью не дали в номер. Он бекал-мекал, юлил, а через неделю уволил меня за неправильное обращение с копировальной техникой. Позже мне сказали, что статью зарубила жена редактора. Она была одной из поклонниц Марни.
Они на время умолкли, ожидая, когда официантка нальёт им ещё кофе.
— Уитмены… — произнесла Линдси. — Вам известно, куда они отправились?
— В том-то и дело. — В глазах Джастины блеснули слезы. — Я чувствую себя виноватой за то, что произошло потом.
Линдси не форсировала разговор, давая Джастине время совладать со своими эмоциями. Та сняла очки и смахнула слезинку.
— С этим очень трудно жить, — продолжала Джастина, наконец снова обретя дар речи. Она поведала Линдси, что через два года после того, как Уитмены ночью тайком покинули Маунт-Вернон, они погибли в аварии. Их фургон слетел в глубокое ущелье близ Крэкстона в штате Вашингтон, куда они переехали, чтобы начать новую жизнь. Машина упала в заросли полыни и щирицы. Её случайно обнаружил какой-то человек, путешествовавший автостопом: заметил блеск сверкавшего на солнце переднего бампера. В фургоне были найдены тела Уитменов.
— Это был несчастный случай, — сказала Линдси. — Вашей вины в том нет.
— Думаете?
— Конечно.
Джастина нервно огляделась.
— Вы просто не знаете поборников Спеллман. — Джастина понизила голос. — Я позвонила лейтенанту, расследовавшему это дело, представилась журналисткой. Хотя в газете уже не работала. Так вот, он сообщил мне следующее: его спецы установили, что тормозной шланг протекал. Фургон при падении сильно покорёжился, поэтому невозможно было точно сказать, специально ли кто-то продырявил шланг.
Джастина встала, бросила на столик пару долларов, взяла куртку и направилась к выходу. В последний момент она обернулась, давая совет:
— Детектив, будьте осторожны. Эти пчелолюбы очень опасны.
С этими словами Джастина покинула ресторан.
Какое-то время Линдси просто сидела, а потом позвонила шерифу округа Асотин. Представившись, она сказала, что ей нужна информация об автокатастрофе, в которой погибла чета Уитмен. Какая-то женщина приняла её запрос и обещала перезвонить.
