ЦВЕЙТ: (Подхватывает ясенёк Стефена.) Я? Десять шиллингов? Мало вы с него содрали? Разве он не…
БЕЛЛА: (Громко.) Хватит с меня ваших заумных разговоров. Тут вам не бордель. У нас десятишиллинговое заведение.
ЦВЕЙТ: (Запустив руку под лампу, дёргает цепочку. Газовый светильник вспыхивает, осветив бардово-лиловый абажур. Он вскидывает ясенёк.) Разбито лишь ламповое стекло. Только и всего что он тут…
БЕЛЛА: (Отшатывается и вскрикивает.) Исусе! Не надо!
ЦВЕЙТ: (Отводя замах.) Показываю, как он ударил по бумажке. Тут нет ущерба и на шесть пенсов. Десять шиллингов!
ФЛОРИ: (Входит со стаканом воды.) Где он?
БЕЛЛА: Может мне позвать полицию?
ЦВЕЙТ: О, понимаю. Бульдог при заведении. Но это студент Троицы. Покровители вашего дома. Джентельмены, что платят ренту. (Он делает масонский знак.) Ясно, о чём я? Племянник вице-канцлера. Вам лучше не связываться.
БЕЛЛА: (Со злостью.) Троица! Приходят сюда сами не свои после лодочных гонок и сматываются не заплатив. Вы мне указывать будете? Где он? Я на него в суд подам. Опозорю, или не я буду. (Она кричит.) Зоя! Зоя!
ЦВЕЙТ: (Настойчиво.) А если б это был ваш сын, который в Оксфорде? (Предостерегающе.) Мне известно.
БЕЛЛА: (Почти беззвучно.) Кто вы, инкогнит?
ЗОЯ: (В дверях.) Там драка.
