Фейерверк финального раунда едва не стал роковым для обоих чемпионов. В предыдущем раунде артиллерист-тяжеловес для начала слегка пролил красного винца, четко обработав любимцу нос, так что Кео, Главный Получатель и с правой и с левой, выглядел как под мухой. Солдат продолжил дело мощным коротким слева, но тут ирландский гладиатор ответил молниеносным прямым, целясь Беннету в челюсть. Красный мундир сделал нырок, но наш дублинец настиг его левым хуком, отличнейшим ударом по корпусу. Противники перешли в ближний бой. Майлер, развив бурную деятельность, подавил своего соперника, и к концу раунда здоровяк висел на канатах, осыпаемый градом ударов. Англичанин, правый глаз которого совершенно заплыл, удалился в свой угол и, освежившись изрядным количеством воды, к моменту гонга был снова бодр и полон отваги, не сомневаясь, что живо пошлет в нокаут бойца из Эбланы. Это был бой до победы, и победа ждала сильнейшего. Оба дрались как тигры. Волнение зрителей достигло предела. Судья сделал Вояке Перси два предупреждения за захваты, однако любимец был ловок, и как работали его ноги – это стоило видеть. После беглого обмена любезностями, в ходе которого у Майлера кровь полилась изо рта ручьем от элегантного солдатского апперкота, любимец вдруг резко перешел в наступление по всем фронтам и нанес Беннету ошеломляющий левый в живот. Вояка рухнул на землю как сноп. То был нокаут, чистый и мастерский. Среди напряженного молчания над портобелльским тузилой начали отсчитывать секунды. Но тут Оле Пфоттс Веттштейн[1169], секундант Беннета, выбросил на ринг полотенце, и парень из Сентри был объявлен победителем под бешеные овации и крики зрителей, которые хлынули на ринг и в бурном восторге едва не затоптали героя.
– Уж он-то своей выгоды не упустит, – говорит Олф. – Я слышал, сейчас он устраивает концертное турне по северу.
– Я тоже слыхал, – говорит Джо. – А что, разве нет?
– Кто? – говорит Блум. – Ах, да. Совершенно верно. Нечто типа летних гастролей, понимаете. Так, отдохнуть.
– Миссис Б. будет яркой и несравнимой звездой[1170], не так ли? – Джо спрашивает.
– Моя жена? – говорит Блум. – Да, она будет петь. Я думаю, все должно быть успешно. Он просто отличный организатор. Отличный.
Хо– хо, так вот оно что, сказал я себе, сказал[1171]. Вот собака-то где зарыта. Буян исполняет мелодию на флейте. Концертное турне. Сынок вонючего симулянта с Айленд-бридж, старого Дэна, который тех же лошадей продавал правительству по два раза во время бурской войны. Мистер Чего-чего. Я к вам насчет налогов, водного и на бедных, мистер Бойлан. Насчет чего?
Налога, водного, мистер Бойлан. Чего-чего? А этот хлыщ, уж он организует ее, это я вам ручаюсь. Все между нами, цыпочка.
Гордость скалистой Горы Кальпы[1172], дочь Твиди, дева с волосами черней воронова крыла. Там возрастала она, там расцветала ее краса, где мушмула и миндаль наполняют воздух своим ароматом. Сады Аламеды[1173] знали легкую ее поступь, оливковые рощи узнавали ее и кланялись, клоня ветви. То непорочная супруга Леопольда, роскошногрудая Мэрион.
И се, зрите, грядет муж из клана О'Моллоев, пригожий и белолицый, с легким румянцем, советник его величества, в законах всеведущий, и с ним принц и наследник благородного рода Лэмбертов.
– Привет, Нед.
– Привет, Олф.
– Привет, Джек.
– Привет, Джо.
– Спаси вас Бог, – говорит Гражданин.
– Спаси и вас Он по Своей доброте, – говорит Дж.Дж. – Чего вы возьмете, Нед?
– Половинку, – Нед отвечает.
Дж.Дж. заказывает им выпить.
– В суде толкались? – Джо спрашивает.
– Да, – отвечает Дж.Дж. – Он все устроит, Нед, – это он Неду.
– Будем надеяться, – говорит Нед.
Значит, какие у этой пары делишки? Дж.Дж. устраивает, чтобы того вычеркнули из списков присяжных, а тот ему помогает перебиться. Его имя-то уже у Стаббса[1174]. Картеж да кутеж с шикарными вертопрахами при моноклях, шампанское рекой и, ясно, завяз по шею в счетах да повестках в суд.
Закладывал свои золотые часы у Камминса на Френсис-стрит, где никто не знает его, а я там возьми да и окажись с Сикуном, тот как раз сапоги из заклада выкупал. Как ваша фамилия, сэр? А он отвечает: Палл. Ага, думаю, этот крепко попал.
Ей– ей, однажды он горько обо всем пожалеет, могу ручаться.
– А вы там не видели этого чокнутого, Брина? – Олф спрашивает. – К.к.:
ку– ку.
– Видели, – отвечает Дж.Дж. – Искал частного детектива.
– Ага, – это уже Нед, – он было прямиком собрался к судье, только Корни Келлехер его завернул, сказал, что надо сначала провести экспертизу почерка.
– Десять тысяч фунтов, – смеется Олф. – Эх, я бы дорого дал за то, чтоб полюбоваться на него перед судьей и присяжными.
– Небось, твоя это работа, Олф? – Джо спрашивает. – Говорите правду, всю правду, ничего кроме правды, и да поможет вам Джимми Джонсон[1175].
– Моя? – возмущается Олф. – Прошу не капать на мою кристальную репутацию.
– Любое заявление, сделанное вами, – Джо ему, – может использоваться как свидетельство против вас.