Мана кивнула. Окружающее пространство слегка плыло, по спине пробегали призраки болезненных судорог. Почти как щекотка, если щекотать стальным ершиком. Мана решила теперь отвечать только вслух.
Кастрат даже обработал ей рану и зафиксировал на спине пластырем подушечку из бинта.
– Если они начнут лопаться раньше, а такое возможно, сразу приходи, поняла? Сразу, ни секунды не медли, – он тщательно мыл руки какой-то белой пеной. Дотошно, палец за пальцем.
Мана опять кивнула, непрерывно следя за его движениями.
– А то они болеть будут, мало не покажется, – добавил Кастрат мотивации.
Ману эту насторожило. Заботливым отношением к добровольцам тут не баловали.
– Одевайся и шагай сюда, – Кастрат направился к выходу из кабинета. У двери он снял свой испачканный халат и бросил прям на пол. Мана с интересом разглядывала Кастрата. Без формы она видела его первый раз, и он как-то резко изменился. Стал обыкновенным. Кофта, джинсы, такого встретишь в метро и ни за что не примешь за сотрудника подпольной медицинской лаборатории. Хотя – а кого примешь?
Потом аккуратно натянула худи. Медленно, прислушиваясь к ощущениям по мере того, как ткань сползала по спине. Повязка защищала хорошо.
Мана облегченно улыбнулась и направилась вдогонку за Кастратом.
В этой части клиники они ни разу не была. Для нее все заканчивалось первыми кабинетами по обе стороны коридора.
Уколы, вливания, какие-то микстуры. Или, наоборот. В детали опытов ее не посвящали. И любопытных подопытных тут не любили.
Коридор заканчивался дверью с магнитным замком, который Кастрат отпер ключ-картой, на ходу вызывая кого-то по телефону.
– Четвертая. Полностью обеззаразить. И проветрить, да… Жопа там полная, увидишь, – Кастрат рассмеялся и обернулся на Ману. – Ты, хоть и тощая, но полная жопа, – добавил он, убирая телефон.
Мана кивнула. Задница у нее была плоская, как и грудь, и насмешек об этом она успела уже наслушаться. Все время хотелось спросить – раз я вся такая кривая, что ж вы так стремитесь залезть мне в штаны? – но подходящего случая никак не представлялось. По крайней мере, ей так казалось.
За дверью, разделявшей коридор, было как-то странно чище. Все те же обшарпанные стены, неровный свет, может, чуть менее потасканный пол… Но сам воздух был прозрачнее и невесомее. Даже отдавал намеками на стерильность.
Кастрат открыл перед ней одну из боковых дверей.
– Заходи.
Он кивнул находившемуся там врачу.
– Выйди на пару слов.
Врач был Мане незнаком. Она разрывалась от попыток сразу придумать ему прозвище, рассмотреть обстановку кабинета и подслушать, о чем они говорят. Последнее победило, и она придвинулась к двери, которую за ее спиной закрыл Кастрат.
– … давно хотели, – его высокий голос было слышно чуть лучше.
– … уверен? … это… – второго врача она почти не могла разобрать.
– … оказаться, что ей все равно…
– Чем ты…?
– … Давай попробуем.
– Как скажешь, – разобрала Мана очень отчетливо и шагнула от двери вглубь кабинета. Дверь тут же распахнулась, и незнакомый врач вернулся к ней.
– Садись, – он указал ей на процедурное кресло.
С высокой спинкой на которой крепился шлем и еще какая-то аппаратура в вихре проводов и подлокотниками с зажимами и свисающими датчиками.
Мана остановилась, не дойдя пары шагов до кресла. Паук. Он будет паук. И она сейчас сама нырнет в его паутину.
– Не бойся, больно не будет. Это не для тебя. Просто садись, – он подошел к одному из шкафчиков у стены и набрал код на замке.
Мана раньше не видела, чтобы запирались шкафчики. Все двери – да. Электронными замками. Но шкафчик с обычным кнопочным кодом? Скорее подошло бы квартире, где она жила и жалким попыткам сделать вид, что от ограбления можно таким образом защитить какие-то ценности. Точнее – что у них есть какие-то ценности… Да, нестандартный замок скорее привлечет грабителей, чем отпугнет их.
Паук достал их шкафчика склянку с прозрачным препаратом. Из второго – тонкий шприц, который тут же наполнил, прямо через пробку. Придирчиво отмерил дозу.
Свет в кабинете заморгал, и Паук остановился, дожидаясь, когда скачки напряжения спадут.
Мана опустилась в кресло. Царство проводов приняло ее в себя, успокаивая безвольным отсутствием напряжения. В глазах еще чуть рябило от пляски света. Кресло было неожиданно мягким и удобным, в нем можно было расслабиться.
– Задери рукав.
Мана послушно оголила левое предплечье и положила руку на подлокотник. Уколы ей делали часто, она уже знала, что означает каждая команда.
Паук вогнал иглу под кожу, уверенно нашел вену. Красное облачко контроля, взятого в шприц, принялось расползаться по прозрачному содержимому.
Паук надавил на поршень.
Мана не успела даже ни о чем подумать. Улитка вдруг выползла из руки врача, медленная, зеленая, она все увеличивалась в размерах, приветливого помахивая Мане своими щупальцами глаз. Одно так и было длиннее другого, но улитку уже отпустило, она была добрая, приветливая и мягкая…
Мана вынырнула из темноты и распахнула глаза. Свет в лаборатории показался ей слишком ярким, она заморгала, опуская взгляд.
