Я не знала, вернусь ли еще сюда, боялась что-то загадывать, но очень хотела верить. Конечно, все могло измениться — Алекс мог встретить кого-то и забыть обо мне, или я влюбиться в другого, учитывая, что мне предстоит учиться в колледже — все, что угодно могло случиться с нами.
До регистрации оставалось полтора часа, когда мы приехали, и Агнесс предложила скоротать это время в кафе. Быстро расправившись с бисквитом и кофе, я отошла под предлогом того, что мне нужно в туалет, но направилась в зал ожидания внутренних рейсов.
Алекс уже ждал меня там — стоял у панорамного окна, повернувшись спиной. Я остановилась и на несколько мгновений залюбовалась им, но времени у нас было в обрез.
— Наверное, нам стоит сейчас сбежать, — я тихо подошла к нему и обняла со спины, скрестив руки на груди.
— Хорошая идея, — я не видела его лица, но была готова поклясться, что он улыбнулся. — Покупаем билеты и вперед? — Алекс накрыл мои ладони своими.
Он повернулся ко мне и обнял. Черт побери, я могла простоять так целую вечность, уткнувшись лицом ему в плечо.
— Я постараюсь приехать на Рождество, — Алекс покрепче прижал меня к себе и поцеловал в висок. — Не обещаю, но сделаю все возможное.
О чем мы думали тогда? У нас не было ни единого шанса на счастливый исход, всего дно обстоятельство напрочь перечеркивало любую вероятность, но нам было плевать. Я прижималась к нему, разрываясь от противоречивых чувств — счастья и безнадежности. Мы были так близко и так далеко одновременно.
Аэропорт вокруг нас жил своей жизнью — сновали люди, взлетали в воздух и приземлялись самолеты, мир крутился, двигался, но для нас время застыло. И как бы дорого я дала за возможность если не остановить, то хотя бы замедлить этот бег.
Мне хотелось впитать в себя все — ощущение крепких рук на моей спине, звуки шагов и колес чемоданов, окружающие нас, гул самолетных турбин по ту строну окна, запахи духов, кофе и резины багажной ленты.
Жалкие крупицы украденного времени таяли, просачивались, как песок сквозь пальцы, и я ничего не могла с этим поделать. И все же мне не хотелось отравлять грустью наш последний день. Пусть в нем останутся только хорошие воспоминания.
Через несколько минут мы вернулись к остальным. Разумеется, порознь, чтобы не вызвать подозрений. Агнесс что-то говорила, приглашала меня на следующее лето, я кивала, машинально отвечала, но едва улавливала суть, ибо все мои мысли были поглощены другим.
Алекс сидел таким же молчаливо-задумчивым, но поскольку он и раньше не откровенничал с близкими, то это никого не удивило. Несколько раз мы встречались взглядами и тут же оба быстро отводили глаза.
Механический голос диспетчера объявил посадку на мой рейс.
Стоя у окна паспортного контроля, последнего рубежа, за которым все, что происходит сейчас, станет прошлым, я обернулась. Махнула рукой и вошла в зал ожидания.
Летнее приключение подошло к концу, и мне оставалось лишь принять это.
Комментарий к Глава 9.Возвращение
группа в контакте - https://vk.com/lena_habenskaya
========== Глава 10. На пути к переменам ==========
Первое время мне было непросто привыкнуть к тому, что я снова в Нью-Йорке. Родной мегаполис казался слишком большим и слишком шумным — я жила здесь с рождения, но всего за два месяца успела отвыкнуть от гула дорог, блеска неоновых вывесок и небоскребов. Стоило посмотреть наверх, как у меня начинала кружиться голова.
Мы тогда жили в Бруклине, на бульваре Истерн Парквей — тихом уголке в сердце мегаполиса, где до сих пор стоят викторианские особняки — напоминание о безвозвратно ушедшей эпохе. Бруклин Хайтс считался одним из самых тихих районов, но все равно не шел ни в какое сравнение с Шердингом.
Отец всегда очень гордился нашим домом, несмотря на то, что особняк требовал постоянных вложений и дорого нам обходился. «Ну, кто захочет жить в бетонной коробке, когда есть возможность иметь собственную землю?», говорил он, тем самым успокаивая самого себя, оплачивая очередной годовой налог — пятизначную сумму с тремя нулями.
— У них там, в Австрии, такие же сборы, или ниже?
— Понятия не имею, мы об этом не разговаривали.
Первую неделю после возвращения, они с Марси буквально засыпали меня вопросами, что и понятно — отец не видел Ирвина и Агнесс много лет.
— Я же говорил, что это пойдет тебе на пользу, — отец ласково потрепал меня по щеке. — Отдохнувшая, посвежевшая…
Интересно, что бы он сказал, если б знал истинную причину таких перемен? Я усмехнулась собственным мыслям.
— А мальчики? — хитро поинтересовалась Марси. — Познакомилась с кем-нибудь?
Неужто, она всерьез думала, будто я стану откровенничать с ней, да еще при отце? Мачеха по-прежнему не теряла надежды подружиться со мной, но я уже не испытывала к ней враждебности. Видимо, эта поездка и впрямь что-то изменила во мне.
— Сейчас меня больше волнует поступление в колледж.