Улица Белого Лося полностью

«Улица Белого Лося» — это рассказ о храбром и мужественном мальчике. Он спас жизнь человеку. Конечно, храбрым и мужественным мечтает стать каждый, но не всякий может этого добиться — некоторые боятся трудностей, некоторые просто трусят. Да, мечтать о геройстве, стремиться стать настоящим героем должен каждый.

Когда вы прочитаете рассказ, то подумайте: а могли бы вы совершить такой подвиг, как герой этого рассказа? Подумайте и ответьте себе честно на поставленный вопрос. Ведь на самом деле, у такого героя есть чему поучиться?

«Здравствуй. Вот я и добрался. Теперь не страшны дальние расстояния. От Москвы до Петрозаводска летел всего три часа. А от Петрозаводска до места назначения ещё два, уже на вертолёте. Здесь вертолёты в большом ходу — посёлки от города расположены далеко, и женщины по воскресеньям даже на базар летают на вертолётах…

Летел я, летел и залетел в лесные края. Завод стоит на лесной вырубке, а дома — прямо в лесу, тесным кольцом. Улицы — лесные тропинки. Электрические лампочки висят на деревьях.

Людей мало, a-снегу много. Поэтому все ходят на лыжах. Мальчишки и девчонки. Учителя и строители. Школьные нянечки тоже на лыжах. И я хожу на лыжах. А если без лыж, можно провалиться в снег по самую макушку.

Всё. На первый раз достаточно. Передай привет маме.

Твой папка».

«Сегодня я злой. Узнал, что рабочий посёлок решили строить на старом месте, вокруг завода. Раньше тут завод был небольшой, но теперь неподалёку открыли новые залежи железной руды и начали строить завод-гигант. И получится, что заводские корпуса подойдут вплотную к жилым домам.

Я, как узнал, сразу пошёл к начальнику строительства.

— Ну, знаете, это сложнейшее дело, сложнейшее. — Начальник был важный и усталый. От усталости-он часто закрывал глаза. — Мы, прежде чем решить этот вопрос, комиссию создавали. Я сам был во главе этой комиссии. На новом месте нужно всё заново осваивать, а здесь всё готово. Дешевле.

— Нет. Здесь строить нельзя, — сказал я. — Жить в лесу, а дышать заводским дымом. Смешно!

— Но план жилых домов составили, и точка. Переделывать его мы не собираемся.

Начальник снова закрыл глаза, и я еле удержался, чтобы не толкнуть его ногой под столом.

— Нужно переделать, — сказал я.

— Что вы! — Начальник даже улыбнулся. — Это несерьёзно, план строительства экономный — и вдруг переделывать.

Начальник тоже человек новый. Его прислали из Петрозаводска. Он там работал в какой-то конторе. Бывают, правда, и в конторах хорошие люди. Но этот — настоящая конторская крыса. Бумажка для него важнее человека.

— Экономия? Во вред человеку!

— Не понимаю, чего вы так горячитесь? Вам-то здесь не вечно жить.

— А вам здесь жить? — спросил я.

— Нет.

— Ах, нет, — сказал я. — Ну, тогда я постараюсь, чтобы вы отсюда уехали раньше меня. Можете не посылать свой план на утверждение, всё равно не утвердят.

Я не слышал, что мне ответил этот сонуля. Я повернулся и так хлопнул дверью, чуть с петель не сорвал.

Я был злой и сказал вслух, чтобы все, кто сидел в приёмной, слышали:

— Где его нашли, такого начальника? Ископаемое! Бюрократ!

После тёплого кабинета начальника на улице я чертовски замёрз. Пока я возился с лыжными креплениями, у меня пальцы на руках заледенели и перестали гнуться. Но, несмотря на холод, на пустыре, где будут строить новые заводские цеха, работали проектировщики. Они измеряли поле.

Проектировщики работали в толстых варежках, и поэтому рулетка часто выпадала у них из рук. Для того чтобы её достать, им каждый раз приходилось снимать варежку и опускать руку в снег.

„Пальцы у них, вероятно, превратились в деревяшки, хуже, чем у меня, — подумал я. — А они работают!“

Разозлился я и решил: утром выйду, наплюю на мороз и на начальника и поеду искать новое место для посёлка. А там повоюем!

Твой „морозостойкий“ отец».

«Здравствуй. Давно тебе не писал. И два первых письма не успел отправить, потому что у меня неудача. Ну, а если говорить прямо, то лежит твой папка пластом на больничной койке. Разбился.

Сам-то я лежу, а моя левая нога висит — в пяточной кости провёрнута дырочка, сквозь неё протянута железная спица, на спице груз.

Всё это придумали доктора затем, чтобы сломанная нога, когда будет срастаться, не стала короче.

Ну конечно, сейчас мама скажет, что я зря поехал сюда. Но в Москве я рассматривал чужие проекты новых городов и заводов, а здесь я буду строить сам. Теперь я всю жизнь буду ездить по новым местам и строить дома для людей. А когда состарюсь, вернусь в Москву и каждое утро буду открывать географическую карту и искать те места, где я строил.

Буду жить воспоминаниями. Потому что у всех в жизни надежды, мечты, работа, а у стариков только воспоминания. И, если им нечего вспоминать, значит, они плохо прожили свою жизнь. Скучно.

Значит, я поехал не зря. И, если бы заранее знал, что сломаю ногу, всё равно бы поехал.