- Хорошо, лучше не надо. Через десять дней мы будем в Энск … Или в другом надежном месте, - добавил он, решив, что на радостях ляпнул лишнее.
"Энск! Отсюда он намерен бежать в Энск ", отразилось в памяти Демьянка.
Павлюк заметил большую сумку. Раскрыл.
- Ого, пирожки!
Достал один, начал с аппетитом жевать.
- Неплохие, попробуйте.
Демьянко взял пирожок. Торкун почувствовал тошноту.
Павлюк одобрительно поглядывал на Демьянка, думал: "Да, с него будут люди."
Отдохнуть после двухчасового полета из Энск в Клены Воробьеву не повезло. Как только он приехал с аэродрома у отель, умылся и собирался поужинать, как в дверь постучали.
- Прошу!
Вошел высокий, пожилой, с седыми висками человек. Представился:
- Грицай.
- Товарищ полковник! - Улыбнулся Воробьев, протягивая руку. - Да мы же уже встречались с вами. На Ровенщине. Вы командовали диверсионной группой, а я приезжал к вам связным от партизан.
Грицай пристально посмотрел на Воробьева.
- Теперь припоминаю. Вас трудно узнать, вы так изменились. Куда собрались? - Неожиданно спросил Грицай.
- Перекусить с дороги. Но если …
- Поехали ко мне. Там и поужинаем, и поговорим. Хочу ознакомить вас с делом и предложить на завтра совместную операцию.
Когда Грицай и Воробьев вошли в кабинет, на маленьком лакированном столике, покрытом белой салфеткой, уже были поставлены тарелки с нехитрыми яствами вийськторгивськои столовой. Телефонные аппараты, снятые со столика, стояли тут же, рядом, на полу.
- В ресторане вас накормили бы лучше, но зато сего там не дали бы, - Грицай пошарил в тумбе письменного стола, достал бутылку, торжественно поставил на стол …
- Ого! Армянский марочный, - похвалил Воробьев. - С довоенного времени такого коньяка не пробовал.
- Я тоже. Вчера приятель прислал. Может, и вы его знали. Мартиросян Степа, у меня в группе сержантом был.
- Не помню.
Когда поужинали, Грицай убрал тарелки на подоконник, поставил на место телефоны и сказал:
- Я ознакомился с копиями ваших рапортов. Скажите, найден большой чемодан Блэквуда?
- Нет, - ответил Воробьев. - Меня это тоже очень беспокоит. Похоже, что у него есть еще один союзник, о котором мы ничего не знаем, ему он отдал чемодан, когда сидел в яме.
- А может спрятал - закопал под полом или в другом месте? - Выразил сомнение Грицай.
- Мы обыскали и подвал, и флигель, и двор, - ответил Воробьев.
- Обыскали? А как новый отшельник, не прогневался?
- Его дела плохи. Он в психиатрической больнице. Религиозное помешательство на нервной почве. В Ситника фашисты зверски убили всю семью.
- Какая подлость - воспользоваться горя человека, хладнокровно доводить ее до сумасшествия, чтобы выманить деньги. По молитвенным домом следите? - Спросил полковник.
- Весь время … По квартирами Силаева и Капров тоже. Я собирался приехать на прошлой неделе, но именно поэтому пришлось задержаться.
- Ясно … Ну, а здесь положение такое … - Грицай помолчал, то обдумывая.
- Скажите, - перебил его мысли Воробьев, - почему вы так поздно взялись за дело? Ведь уже столько времени прошло, как погиб Пшеминський …
- Немецкий ефрейтор Крейц, случайно узнал о тайнике, был ранен бомбой из фашистского самолета, когда переходил к нам. Он долго лежал в госпитале, и вообще вся эта история вылетела у него из головы. Вот время и прошло. А гестаповский офицер, ехавший из Пшеминським, очевидно, жив и здоров, сообщил о тайнике новых хозяев. Они прекрасно поняли значение списка и послали за ним Томаса Блэквуда.
- Понятно … Так вы начали об положение здесь, - напомнил Воробьев полковнику.
- Обстановка сложная и во многом для вас, людей, приехавших из восточных областей республики, необычная. Вы мне простите, если я немного заглиблюсь в историю?
- Пожалуйста,
- Кленов - очень молодое советское город. Крестьяне еще только начали объединяться в колхозы, причем кулаки оказывают яростное сопротивление. Им помогают бандитские шайки из остатков созданных некогда гитлеровцами воинских формирований украинских буржуазных националистов и других предателей. Позавчера ликвидирована еще одну "бойовку". Командовал ею бандит по кличке Длинный. Местное население активно помогает вылавливать бандитов, но за день, даже за месяц их не уничтожишь.
- Тем более в лесном краю, - отметил Воробьев, - между пальцами проскользнет.
- Да … Много надо сделать для наведения порядка и в городах. Здесь еще можно найти частные лавочки, ресторанчики, буфеты, на базарах "комерсують" спекулянты. А католическая церковь! Эта сила еще тоже весьма ощутима.
- Это понятно, католичество насаждали здесь веками, - сказал Воробьев.
- Такое общее положение. Завтра пойдем в костел, осмотрим подземелья и решим, как быть дальше. Кстати, чуть не забыл! Еще одно обстоятельство романтического характера.
- Ну? - Улыбнулся Воробьев. - Интересно.
Полковник рассказал о Богданна.
