Уложи меня спать СИ полностью

- Шерлок… - Черт. Он не мог не задать этот вопрос. Это ведь был его первый поцелуй, первый… да вообще все впервые. Джон чувствовал дикое желание, властно диктующее, давящее, заставляющее навалиться на это тело и овладеть им немедленно, иметь его до тех пор, пока он не будет помнить ничего – ни разновидностей табачного пепла, ни специфики различных духов, ни своего собственного имени. Но…

- Шерлок, насколько далеко ты хочешь зайти? – вопрос прозвучал хрипло.

Сердце Шерлока колотилось так громко, что он был уверен – Джону его тоже слышно. Коснувшийся кожи холод, когда тот отклонился, заставил желать немедленного воссоединения. Он сел, придвинулся к Джону, притянул его к себе, крепко прижал, заглянул своему партнеру в глаза и придвинул лицо так близко, что это был почти поцелуй.

- Я хочу зайти настолько далеко, насколько это возможно, и не хочу на этом останавливаться. Господи, Джон, ты мне нужен весь без остатка, - выдохнул он, пытаясь подавить испуганную мысль, что ему нужно добиться всего, что только возможно, до утра, потому что тогда Джон наверняка придет в себя, а сам Шерлок, наверное, превратится в тыкву, и не будет ему больше нужен, никогда.

- Я, - поцелуй в нос, - хочу, - поцелуй в губы, - тебя, - поцелуй в подбородок, - трахнуть, - закончил он, прижавшись губами к шее.

Джон знал, что должен быть возмущен. Он считал, что ведущую роль должен играть именно он. Почему нет? У него было больше опыта. И он был… гетеро. Типа того. Вероятно. Наверное. Это он должен быть сверху, это его задача – превратить Шерлока из дрожащего девственника в умоляющего, задыхающегося от страсти социопатичного консультирующего детектива. Но… губы Шерлока коснулись шеи, и Джон дрогнул, не в силах больше контролировать омывающие его волны отчаянного желания, позволил своим пальцам скользнуть ниже вдоль обнаженной груди Шерлока и ласково, подразнивая, сжать его пах, чувствуя напряженную плоть под тканью. Он застонал, когда его нежно укусили за мочку уха, снова вздрогнул и – сдался. Только в этот раз. У Шерлока все впервые… только в этот раз.

- Подожди, - прохрипел он и еле-еле выбрался из кровати, чувствуя, что возбужден практически до боли, взлетел наверх в свою комнату, перепрыгивая ступеньки. Распахнул дверь, открыл комод и дрожащими пальцами попытался найти… да где же…

Шерлок недоуменно моргнул, глядя, как Джон вылетает из комнаты. Куда это он, черт подери? Он сказал что-то не то? Прикусив губу, он с любопытством провел рукой по промежности, чего не делал никогда ранее. Ну да, он никогда не мастурбировал, ему это было просто не нужно, его никогда и ни к кому не влекло. Он знал, что кто-то в Скотланд-Ярде уверен, что его прет от преступлений, или что его возбуждают трупы, но на самом деле Шерлок просто никогда не ставил слова «я» и «секс» в одном предложении, ну, до сих пор. Теперь же все, о чем он только мог думать: отыметь Джона. Представления о том, как именно, были несколько туманными, но он разберется, что и как.

В дверях спальни Шерлока Джон слегка поскользнулся, в руках он крепко держал небольшой тюбик, наполовину заполненный лубрикантом. Он втихую порадовался, что у него гиперактивное либидо, благодаря которому этот тюбик ему не раз уже пригождался. Забравшись назад в кровать и увидев, что его там ожидало, он почувствовал, как тело снова охватил огонь.

Шерлок полусидел, тяжело дыша, светлая кожа поблескивала от пота. Он потянулся к Джону, и тот, не теряя времени, направил его руки к поясу боксеров, простонав что-то ободряющее. Потом Джон нежно и ласково прикоснулся к губам своего партнера, прошептав:

- Ну что, продолжим?

Шерлок стянул вниз единственный предмет одежды, оставляя партнера абсолютно голым. При виде его обнаженной плоти сердце выбило неравномерную дробь, он запечатлел нежный поцелуй на коже под пупком, прямо там, где начиналась дорожка темных волос, а потом глянул вверх, в глаза Джона, кожей чувствуя исходящий от его члена жар. Он потянул Джона вниз, на кровать, уложил на спину и навис сверху, стягивая пижамные штаны. Шерлок понимал, что должен чувствовать смущение, оставшись всего-то в трусах, но одного лишь выразительного взгляда партнера на его пах, того, как он проводит языком по губам, глядя на скрывающую возбужденную плоть ткань коротких боксеров, слегка приспущенных на узких бедрах, достаточно, чтобы ощутить огромное возбуждение и даже, совсем чуть-чуть, гордость. Он с улыбкой оставлял поцелуи на груди Джона, когда обратил внимание на зажатый в его руке тюбик лубриканта и немного поколебавшись, протянул руку за ним. Он на девяносто процентов уверен, что знает, для чего это.