- Я все равно ей почти не пользуюсь, так что и смысла нет, - язвительно заметил он, глядя на кровать с легким выражением неприязни на лице, словно это она была виновна в том, что он никак не мог уснуть.
Джон на это только глубоко вздохнул.
- Где у тебя постельное белье лежит?
Детектив махнул рукой в сторону шкафа справа от Джона. Он все еще был немного ошеломлен тем, что оба они были в его комнате.
Доктор открыл шкаф и, прикрывая лицо, отскочил с воплем:
- ТВОЮ МАТЬ!
Снизу доверху там громоздились всевозможные фляжки и колбы с какой-то противной жидкостью, какая-то техника, а сами простыни оказались смяты и небрежно запиханы в дальний угол. Джон снова выругался и повернулся к детективу.
- Шерлок, чтоб тебя. Как вообще можно держать такую дрянь там же, где постельное белье?
Пытаясь побороть улыбку, так и наползавшую на лицо при виде реакции Джона, Шерлок подошел ближе и оглядел содержимое шкафа с выражением глубокой задумчивости на усталом лице.
- Это все для эксперимента. Больше класть было некуда, - подчеркнул он. Он прекрасно знал, что его сосед просто взорвется, стоит ему разместить все это в кухне, как он изначально намеревался.
- Эксперимент, значит, - Джон запер шкаф и покачал головой, задумчиво почесал затылок. Он так чертовски устал. – Просто… жди здесь.
Он развернулся и побежал наверх, ругаясь вполголоса. Вернулся пару минут спустя, держа в руках свежий и чистый комплект.
- Вот, - объявил он, пихнув его в руки детектива. – Перестилай кровать, а я пока поставлю чайник.
Ответа он не ждал, просто вышел из комнаты, продолжая бормотать что-то негодующее про эксперименты и шкафы с бельем.
Шерлок стоял с бельем в руках, ожидая, пока Джон точно уйдет, а потом медленно поднял его к лицу, вдыхая успокаивающий запах. На секунду прижал его к себе, а потом аккуратно положил на тумбочку у кровати. Старое белье он сорвал и безо всяких церемоний просто отшвырнул к стене. Потом аккуратно, почти ласково застелил кровать. На секунду Шерлок замер, провел рукой по светлой ткани. Ни капли не похоже на его постель, от этих простыней, казалось, исходила забота. Ну конечно, как же иначе, они же принадлежали Джону. При этой мысли он слегка улыбнулся и покачал головой.
Джон был на кухне, ждал, пока закипит чайник. Он перерыл все шкафчики, нашел остатки ромашкового чая, и, наливая его в чашку Шерлока, почувствовал приступ нежности и заботы. Отсюда он прекрасно слышал, как сосед возится в своей комнате, перестилая кровать. Джон слегка улыбнулся. Какой же он все-таки ребенок временами! Подумав еще, он поставил чашку на блюдце, добавил туда печенье и вернулся в комнату Шерлока. В дверях он остановился. Шерлок ждал его, стоя в ногах криво застеленной кровати, выглядел он вполне довольным собой и всем своим видом напрашивался на похвалу. Джон прокашлялся:
- Ну, вот и хорошо, - он улыбнулся, получил в ответ слабую улыбку, поставил чай на тумбочку. – Ну, все, халат долой, и я тебя уложу спать.
Шерлок не смог сдержать ответной радостной улыбки, видя, как улыбается ему Джон. Но потом слегка свел брови.
- Уложу спать, - задумчиво повторил он. Его никогда не укладывали спать. По крайней мере, воспоминаний о таких моментах у него не сохранилось, а ведь он четко помнил всю свою жизнь, до единой секунды. Тем не менее, он забрался в кровать, в полной уверенности, что Джон разберется, что делать. Теплая постель мягко приняла его, окружая запахом, четко ассоциировавшимся с Джоном. Он слегка сдвинулся так, чтобы лежать с краю. Джон стоял рядом. Шерлок посмотрел на него, гадая, что же дальше.
- Ну вот, - Ватсон протянул ему чай. В глубине души его позабавило открытое удивление, написанное на лице друга. Иногда казалось, что все в жизни он делает впервые. Джон и сам посодействовал нескольким таким «открытиям»… Первое мороженое… знакомство с телевидением… и первое швыряние друг в друга едой, которое категорически не приветствовала миссис Хадсон… А теперь еще и это, заключил Джон, отдавая детективу чай; тот обхватил чашку длинными пальцами.
- Ну да, уложу спать, - повторил он, глядя на Шерлока, слегка подняв брови в знак удивления. – Тебя что, мама спать не укладывала никогда? Не подтыкала одеяло, не читала на ночь вслух?
Шерлок молчал, удивленно глядя в ответ. Так поступают матери? Подтыкают одеяло, читают сказки?
- Я вполне был способен читать. Ей не надо было этого делать.
Его мать никогда не проявляла особой любви… Майкрофт пытался ее заменить, конечно, но это лишь вызывало бесконечное раздражение. Он насупился.
Джон покачал головой, выдал грустную улыбку и вздохнул.
- Что ж, это… печально, да, - сложив на груди руки, он смотрел, как Шерлок пьет чай, с задумчивым видом грызет печенье. Потом пожал плечами: - Ну, я тогда пошел. Кровать застелена, допивай чай и… просто ложись. И, Шерлок, если тебе ОБЯЗАТЕЛЬНО нужно думать, то постарайся представлять что-то тихое и хорошее. Например, пляж. Спокойный красивый пляж, и никаких трупов. Закрывай глаза, увидимся утром.
Он повернулся, направился к выходу.
