— Я тебя понял, Хлебников. Ты оружие в порядок привел? На кухню сходил, сухпай на взвод — взял?
— Так точно господин лейтенант. Еще так сказать, резерв создал. Восемь банок тушенки и десять супов концентрированных. Чай еще, галеты …Для вас кофе взял, бразильский.
Вот пройдоха! Настоящий унтер, пронырливый и подмазывающийся к начальству. Ну и черт с ним..
— Деньги отдам! Бросил через плечо Дельвиг и направился за указаниями к штабу дивизиона, расположенного в паре километров от взвода Сергея. Палаточные городки полков, окруженные со всех сторон аванпостами и зенитными батареями прикрывались с неба лениво барражирующими истребителями, вот и огневой взвод Сергея из двух ЗСУ, находился в прикрытии расположения полка, покрытые маскировочной сетью.
Указаний получить не удалось, Буртасов и начштаба дивизиона майор, князь Николай Абашидзе убыли на совещание в штаб Дарницкого. Пошатавшись без дела, Дельвиг направился обратно, дрессировать личный состав. Ибо делать было нечего. Тем и хороша военная служба. Если нет приказа от начальства — дрессируй нижние чины. Для дела польза и время быстрее летит.
Вечером, в полдесятого, дремавшего после под навесом возле ЗСУ, Дельвига разбудил вестовой из штаба полка. Протирая глаза, Сергей забрался в коляску армейского мотоцикла РМТ и уже через пару минут покатил к стоящей у края городка, а не в центре, как обычно штабной палатки. Навстречу вышел встревоженный Паньков. Дельвиг вытянулся перед полковником, но то протянул руку.
— Приветствую… Филиппов. Вас там ожидают.
Нагнув голову, Сергей прошел в палатку и тут же попал в медвежьи объятия Громова.
— Здорово, грантовщик[6]! Задал ты жару в Одессе. Еле Женька тебя отмазал.
— Да брось! Кто старое помянет. За службу спасибо, Дим… Место неплохое. Только сейчас ерунда какая то намечается…А так служить можно..
Громов посерьезнел. Только сейчас Серега понял, как изменился его друг- круги вокруг глаз и красные как у кролика глаза свидетельствами о постоянном недосыпании.
— Да брат, попал ты. Зря я тебя в полк Панькова засунул. Знал бы что так обернется, за Урал бы отправил …
— Да ладно. Херсон — город интересный. Можно заработать, если головой подумать и щель найти… А за Уралом? Одни заводы, рудники и тюрьмы..
— Да ты не понял, Серег. У нас приказ. Завтра границу переходим. Двумя корпусами, что бы немцам не дать Галицию полностью занять. А то они по семьдесят верст в день делают — можем опоздать…И иметь общую границу с ГДР. Сам понимаешь, приятного мало…нужен буфер приграничный
— Так что, война?
Дельвиг почувствовал, как у него ослабели ноги в коленях и предательски заурчало в животе.
— Возможно. По крайней мере, приказ однозначный. В случае противодействия немецкой или польской армии — открывать огонь на поражение. Тут уже как повезет. Может и обойдется. А может и нет…
Громов плеснул в стоящие рядом два стакана, коньяка из початой бутылки.
— Давай, что бы обошлось все. А то мы не готовы…
Проглотив огненную воду и фыркнув, Дельвиг, закусил лимонным мармеладом и подмигнул другу. Настроение улучшилось. Хороший коньяк, армянский…
— Брось, не готовы. Вон силища какая…
Громов махнул рукой.
— Что толку от этой силы, Серег? Если командуют — идиоты. Вон на своего комдива Дарницкого посмотри. Его же давно пора в отставку вышвырнуть. Извел Панькова своими пьянками, болван. Командир корпуса — еще хуже..
— Хуже Дарницкого?
— Потому что, Рюмин не одной дивизией командует, а тремя. Да еще несколькими бригадами и полками… Его потолок — командир полка. И то у полярного круга. Где одни медведи белые в противниках могут оказаться. Поэтому еще худший кретин, чем Дарницкий.
— Его заместитель? Начштаба, наконец?
— Там компания теплая. Собутыльники с времен юнкерства. У Рюмина брат — сенатор. Поэтому так высоко и забрался. Дурак-дураком… а корпусом командует. Хотя если здесь чего не так пойдет- в миг головы полетят. Только кровушки русской пролить эти бестолочи, сумеют много.
Громов опять налил коньяка. Уже побольше и пододвинул к другу банку мармеладок.
— Ты куда Панькова выжил из палатки?
— По делам пошел. С инспекцией в бронебойный дивизион. Случись чего, без бронебойщиков-никуда.
— В дивизии танковый полк есть. Да и ты, с бригадой здесь же…
— Ваш танковый полк вообще не о чем. Так, на бумаге…Моя бригада, да — сила. Только мы в отрыве будем от основных сил действовать. А все черновая работа — на вас…
— Ну пехота, она и в Африке пехота. Сопка наша — сопка ваша.
— Только не с немцами. Если они силу почуют…то..
Громов снова махнул рукой.
— Ладно, брат. Мне в бригаду пора возвращаться. Служи давай и смотри по сторонам. Если что — я рядом.
— Давай Жаль, не скоро увидимся.
— Бог даст, скоро. Тебе что то надо? Я с Паньковым все решу.
— Да нет, Дим. Ничего. Все есть. Давай, увидимся.
Громов крепко пожал ему руку и вышел из палатки, окликнув в темноте невидимого водителя.
— Фефилов, заводи..!
*****
