Выйдя из отеля, он зашагал к стоянке такси. В этом районе Монпарнаса такси были не в моде... На углу у газетного киоска царило странное оживление. Люди громко переговаривались, энергично жестикулируя и размахивая газетами; в репликах прорывался страх и гнев. Инстинктивно Борн ускорил шаги; кинув несколько монет на прилавок киоска, он схватил газету.
Пробежав заголовки, он почувствовал, как перехватило дыхание; он изо всех сил старался подавить охватившую его ярость. Тигартен убит! Джейсон Борн – убийца! Джейсон Борн! Сумасшествие, безумие! Что случилось?! Неужели воскресли Гонконг и Макао?! Может, он теряет остатки разума? Это – кошмар, ставший реальностью и воплотивший его сумасшедшие сны... Он выбрался из толпы, шатаясь прошел по тротуару и прислонился к стене какого-то дома; ему не хватало дыхания, шею пронизывала острая боль, он лихорадочно пытался собраться с мыслями. Алекс! Телефон!!!
– Что случилось?! – заорал он в трубку.
– Сбавь обороты, – не повышая голоса отозвался Конклин. – Слушай внимательно: прежде всего, где ты сейчас? Бернардин заберет тебя. Он все уладит и устроит тебя на рейс «Конкорда» в Нью-Йорк.
– Подожди минуту, минуту подожди!.. Это работа Шакала?
– Нам известно, что это контракт, заключенный экстремистской ветвью «Джихада» из Бейрута: они взяли на себя ответственность за это убийство. Кто настоящий убийца, сейчас не имеет значения. Сначала я не поверил этой версии – после Десоула и Армбрустера, сам понимаешь, в это трудно поверить, – но потом кое-что стало проясняться. Тигартен всегда выступал за то, чтобы послать войска НАТО в Ливан, где, по его мнению, надо было стереть с лица земли все подозрительные палестинские группы. Ему и раньше угрожали, вот только его связь с «Медузой» – это чертовски подозрительное совпадение. Но если быть кратким: разумеется, это работа Шакала.
– И эта сволочь повесила убийство на меня!
– Он – мастер блефовать, в этом ему не откажешь. Ты охотишься за ним, и он подкидывает в прессу ложную информацию, чтобы стреножить тебя и заставить остаться в Париже.
– Тогда мы вывернем все наизнанку!!!
– О чем ты, черт побери? Ты должен скрыться!
– Ну уж нет. Пусть он думает, что я бегу, прячусь, скрываюсь, а я заберусь прямо в его логово.
– Ты с ума сошел! Надо выбираться, пока мы в состоянии помочь тебе!
– Нет, я остаюсь. Во-первых, Шакал думает, что именно так я и поступлю, чтобы добраться до него, а кроме того, как ты выражаешься, он меня стреножил. Он рассчитывает, что я запаникую, как это бывало, и начну делать глупые ходы – как Бог свят, на острове Спокойствия ошибок хватало – и его старики без труда выследят меня, если будут искать в нужных местах. Боже правый, как же он все просчитал! Теперь надо тряхнуть этого ублюдка, чтобы он сам начал делать ошибки. Я знаю его как облупленного, Алекс. Знаю ход его мыслей... Я продолжаю идти тем же курсом, оставаться долго в безопасной берлоге не для меня.
– Берлоге? Что за берлога?!
– Это всего лишь метафора... Я был близок к цели еще до известия о смерти Тигартена... Со мной все о'кей.
– Ничего не о'кей, упрямый осел! Тебе надо сматываться!
– Прости, Алекс, но я почти у цели... Я продолжаю охоту.
– Ладно, может, мне удастся сейчас сдвинуть тебя с места... Пару часов назад я разговаривал с Мари. Догадываешься о чем? Ты, стареющий неандерталец! Она летит в Париж. Она решила разыскать тебя.
– Это безумие!!!
– Я пытался втолковать ей это, но она не пожелала и слушать. Она сказала, что ей известны все места, где вы скрывались тринадцать лет назад, что, мол, ты опять ими воспользуешься.
– Точно! Уже пользовался. Несколькими... Но все равно это безумие!!!
– Это ты ей скажи, а не мне.
– Как связаться с «Транквилити»? Я не хотел звонить ей: по правде говоря, я чертовски старался выбросить все мысли о них из головы...
– Это – первая разумная мысль, которую я от тебя услышал. Записывай номер. – Конклин продиктовал код и номер телефона, после чего Борн повесил трубку.
Стараясь преодолеть лихорадочное возбуждение, Джейсон провел нудные переговоры с телефонисткой: назвал код, номера телефона и кредитной карточки. Всю эту процедуру сопровождали гудки и заикающиеся переспрашивания, но в конце концов его соединили с карибским островом, и, преодолев последнюю преграду в виде какого-то идиота дежурного в «Транквилити Инн», он услышал наконец голос своего шурина.
– Позови Мари! – сказал Борн.
– Дэвид?!
– Да... Дэвид. Давай Мари.
– Она уехала. Уехала час назад.
– Ку-у-да?!
– Она не доложила. Собиралась вылететь чартерным рейсом из Блэкберна, но не сказала куда. Международные аэропорты только на Антигуа и Мартинике, но она вполне могла полететь и на Сен-Мартин или даже в Пуэрто-Рико. Она ведь собралась в Париж...
– И ты не мог ее остановить?!
– Я пытался, Дэвид. Черт подери, я пытался...
– Надо было ее запереть. Это тебе не пришло в голову?
– Мари?!
– Ладно, хватит... Сюда она доберется только к завтрашнему утру.
– Слышал новость? – закричал Сен-Жак. – Убит Тигартен. Пишут, что это дело рук Джейсона...
