Второй русский из резерва, услышав последний стон из-за машины, поднялся с обочины и бросился к ресторану. Там шла беспорядочная стрельба: очередям сопутствовали вопли ужаса, снова и снова вспыхивала пальба. Внутри этой совсем еще недавно мирной гостиницы был ужасный, кровавый кошмар. Борн вскочил на ноги, рядом с ним оказался Сергей; они присоединились к другому помощнику советского резидента. По сигналу Джейсона русские ворвались внутрь.
Последующие шестьдесят секунд были столь же ужасны, как страдания грешников в аду, запечатленные Босхом[124]. Официант и двое посетителей были мертвы: головы их были размозжены, вместо лиц – кровавое месиво. Один из мужчин, распростертый на скамье, с широко открытыми остекленевшими глазами, был весь изрешечен пулями. Женщины в полной панике, издавая то стоны, то визги, пытались найти укрытие за деревянной перегородкой. Итальянцев из посольства нигде не было видно.
Внезапно Сергей метнулся вперед, открыв огонь из «Калашникова»: в дальнем углу комнаты он заметил фигуру, которая ускользнула от внимания Борна. Из тени выступил один из нападавших в маске, но прежде, чем он успел воспользоваться оружием, русский срезал его... Еще один! За короткой стойкой, служившей баром, скрючился какой-то человек. Может, это Шакал? Джейсон отскочил к расположенной по диагонали стене, пригнулся, напряженно всматриваясь в полумрак ниши. Он метнулся к стойке бара, между тем как второй русский, оценив ситуацию, подбежал к истерически вопившим женщинам, намереваясь их защитить. Из-за стойки высунулась голова в маске, вслед за этим показалось дуло автомата. Борн вскочил на ноги и, отбив в сторону дуло автомата, выстрелил в упор из «АК-47» в искаженное гримасой лицо в капроновой маске. Это был не Карлос. Где же он?
– Там! – крикнул Сергей, словно в ответ на безмолвный вопрос Джейсона.
– Где?!
– За теми дверями!
Там было помещение кухни. Джейсон и Сергей подскочили к крутящимся дверям. Они уже собирались ворваться внутрь, когда их отбросило назад взрывной волной: в помещении кухни взорвалась граната, в двери вонзились осколки металла и стекла. В зал ресторана клубами повалил тошнотворный дым.
Тишина...
Джейсон и Сергей вновь бросились к дверям в кухню; их остановил новый взрыв, вслед за которым раздались автоматные очереди: пули насквозь прошивали тонкие решетчатые створки крутящихся дверей.
Тишина...
Чуть-чуть подождали.
Тишина...
Это уже было чересчур для нетерпеливого, разъяренного Хамелеона. Он перевел затвор автомата на стрельбу очередями, толкнул вертушку в дверях и, оказавшись внутри, бросился на пол.
Тишина...
Помещение кухни являло собой еще одну картину кромешного ада. Внешняя стена была разворочена взрывом, толстяк хозяин и шеф-повар были мертвы: они лежали привалившись к нижним полкам стеллажей с кухонной посудой; все вокруг было забрызгано кровью.
Борн медленно, с заметным усилием поднялся на ноги, нервы его были напряжены до предела, это была грань, за которой начинается истерика. Как в трансе смотрел он вокруг себя, пока взгляд его не выхватил из царившего везде сумбура клочок коричневой оберточной бумаги, пришпиленный к стене огромным ножом для разделки мяса. Он подошел ближе и прочитал слова, нацарапанные карандашом мясника: «Твое убежище в „Танненбауме“ сгорит дотла, а твои дети пойдут на растопку. Спи с миром, Джейсон Борн».
Джейсон чувствовал, что жизнь его разбивается на тысячи осколков, – и из его груди вырвался дикий вопль отчаяния. Сквозь проем в стене Борн выскочил наружу и открыл ураганный огонь из «АК-47» в безумной попытке уничтожить Шакала. Он стрелял куда-то в поле, пока не опустел магазин. Сергей и человек из резерва выскочили вслед за ним; Сергей вырвал у него автомат и отвел Борна к задней стене гостиницы: там их поджидали Алекс и Крупкин. С трудом удерживая Джейсона, они обогнули ресторан, и тут на Хамелеона вновь обрушился лавиной истерический припадок.
– Остановись, Дэвид!
– Боже мой, он совсем обезумел... Сергей, держи его... А ты помоги Сергею! Положите его на землю – я должен кое-что ему сказать. Надо сматываться отсюда!
Помощники русского резидента скрутили бившегося в истерике Борна и положили его на землю.
Фургон Шакала исчез. Карлос уже в который раз ускользнул, оставив Джейсона Борна в состоянии безумия.
