— Никаких но. — Он легко прикоснулся к пухлым девичьим губам. По телу девушки снова пробежали мурашки. — Больше один спать не буду. Если вопрос кушетки принципиален, ляжешь рядом. Поняла?
От такой наглости Соня даже не придумала как съязвить. А Хаш, воспользовавшись ее растерянностью, снова впился в ее губы. Правда, этот поцелуй был быстрым. Но, таким же страстным.
Сегодня, первый советник Шихарафата, планировал закончить дела раньше. И предстоящий вечер провести со своими девочками.
Соня
Хаш улыбнулся и вышел прочь. Оставил меня один на один со своими эмоциями. Хорошо, что все магические манипуляции с заживляющей мазью успела сделать до его появления. Оставалось только смешать ингредиенты и перелить по флаконам. В противном случае, дочь кузнеца рисковала остаться без лекарства.
Вчера состояние ребенка значительно улучшилось. Но, все равно, до выздоровления было еще очень, очень далеко. Ночью в голову пришла мысль добавить в мазь дополнительный ингредиент, который боль малышки. Если сработает, можно будет убрать обезболивающие капли и снизить магическую нагрузку на организм. К сожалению, магия действительно плохо воспринималась людьми. И даже в лекарствах ее приходилось строго дозировать. Вот только сейчас, после общения с Хашем, с этой самой дозировкой могли возникнуть проблемы. Руки тряслись. Дыхание никак не восстанавливалось.
Снаружи раздался хлопок. Советник вышел из дома. Еще через пару минут донесся скрип калитки и довольное «кар» от Ронни. Хаш ушел. Но обещал вернуться. Плотно запахнула халат. Кожа, в тех местах, где пару минут назад прикасался Змей, горела огнем.
— Ты бы еще короче халат надела!
Голос Харанмата застал врасплох. Мальчишка сидел в кресле, болтал ногой и выпускал из носа колечки сизого дыма.
— Давно ты здесь?
— Только пришел. Не бойся, вашего страстного поцелуя я не видел. — Успокоил Бог смерти.
— Тогда откуда знаешь про поцелуй?
— У тебя губы покусаны, и след от змеиной лапищи на пол ноги. — Ухмыльнулся мальчишка и картинно отвел глаза.
Я была готова провалиться сквозь землю от стыда. Прагматичная Соня попробовала напомнить про право на личную жизнь, но было поздно. Щеки уже пылали огнем.
— Ты опять всю ночь провел с Кайли?
— Нет. За девочками сегодня присматривал Ронни. У меня были дела. Если бы что-то случилось, Хаш был рядом. Он пока в состоянии за вами присмотреть.
— Харанмат, — пользуясь возможностью, перелила все ингредиенты для мази, в стерильный флакон, — ты почему нам помогаешь? Не пойми меня неправильно. Но, какое дело Богу до судьбы попаданки и трех сирот?
— В Рамони особое отношение к попаданкам. — Хмыкнул мальчишка.
— И много их было?
— Одна. Она умерла.
Я повернулась. Мальчишка спрятал трубку в карман и достал металлическую фляжку. Чувствую, к моменту своего совершеннолетия, он рискует спиться.
— Ты был с ней знаком?
— Соня, все время забываю, что тебе досталась память Софи. В ней мало ценного. — Он сделал глоток, поморщился, и закрыл металлическую емкость. — Это ее подарок. — Он многозначительно посмотрел на емкость и спрятал в карман. — Знаешь, как у Богов Рамони появляются найры?
— Нет.
— Правильно. Тебе же об этом никто не рассказывал.
— Так просвети.
— Видишь ли, Соня, найры не рождаются в Рамони. Они приходят к нам из других миров. Та пришлая, и была моей.
Я немного опешила. Сложно представить, чтобы у этого щуплого паренька была возлюбленная. Плотно закрутила крышку не банке с мазью и села в кресло. Рассказ обещал быть интересным.
— Это как?
— Ее звали Назели. Моя хохотушка Назели. Я нашел ее в лесу. В своем мире девушку убили. Но, вместо того, чтобы уйти в перерождение, она оказалась здесь. В Рамони.
— Она была человеком?
Харанмат тяжело выдохнул.
— Нет. У нее был сильный магический источник. Почти такой же сильный, как у тебя. — Мальчишка многозначительно посмотрел на меня. Щеки, снова запылали. — Моя найра должна была прожить в Рамони ровно одну жизнь, а потом занять место рядом со мной.
— Не заняла?
— Ее убили. Душу похитили.
— Разве такое возможно?
— Раньше, мы думали, что нет. Но, маги научились забирать силу у своих женщин. Артефакт, с помощью которого они это делали, рвал магические нити. После смерти, души терялись. На сумеречных тропах наступил хаос. Проводники тщетно пытались найти своих подопечных. Получалось это далеко не сразу и не у всех. Воцарился хаос.
— И твоя найра…
— У нее тоже отобрали силу. Ронни не смог ей помочь. И я тоже.
— И поэтому, вы отобрали магию у женщин? Чтобы наказать?
— Не наказать. Чтобы не дать порвать оставшиеся нити. — Поправил меня мальчишка. — Сесззар закрыл Шихарафат. Наша сестра, Сихамин, лишила магичек силы, а я, навел порядок на сумеречных тропах.
— У вас есть сестра?
— Сихамин. — Повторил мальчишка. — Она сейчас играет в великую императрицу Шихарафата.
— Это же….
— Мать Хаша. — Кивнул Харанмат. — А он сын богини. Так бывает. Ты чего так удивляешься?
— Да так… — Только и смогла выдавить из себя. — Так что там с тропами?
