Антон Житкевич сам себя не узнавал. Он, молодой, но уже успешный ученый и весьма перспективный бизнесмен, никогда не веривший в приметы, предсказания и прочую мистику, привыкший полагаться только на факты, вдруг решил сделать татуировку.Впрочем, ничего удивительного. Р' глубине души, тайно, Антон надеялся, что эта авантюра изменит его СЃСѓРґСЊР±у. Как только на СЃРїРёРЅРµ Антона появилось изображение улыбающейся РјРѕСЂРґС‹ черного кота, перемены грянули как гром среди ясного неба… Р
Недавно отремонтированная, гладкая как шелк дорога вела друзей в аэропорт Шереметьево-2. В машине они были вдвоем. Сергей, с детства слывший пижоном, с плохо скрываемым самодовольством легко выжимал из своего новенького красного «БМВ» его коронные сто сорок километров, хотя в комфортном салоне почти не ощущалась такая невероятная для московских дорог прыть, и то и дело сыпал шутками. Антон отмалчивался, закуривая сигарету за сигаретой и глядя в окно.
Февраль выдался теплым, пасмурным. С утра дождило, сейчас, к вечеру, слегка подморозило, но красная машина легко неслась по шоссе. Извечные московские лужи куда-то подевались, и Сергей с привычной небрежностью констатировал, что столичная слякоть, скорее всего, возникает не от потепления, а от той самой соли, которой, как известно, московское правительство давно запретило посыпать улицы… Он продолжал свой легкий необязательный треп о работе, семейных делах, общих знакомых. Антон по-прежнему задумчиво вбирал, впитывал в себя нечеткие контуры темного дальнего леса в разрывах между домами… домами… — точно пытался запомнить этот скучный пейзаж, с которым расставался всего-то на какие-нибудь полмесяца, — а сердце, вопреки доводам рассудка, сжималось от бессмысленной, ничем не объяснимой, но неожиданно острой тревоги за сына. Почему-то казалось, что пятилетнему мальчику будет нелегко перенести разлуку с ним даже на столь короткое время…
Самолет из Парижа в Пекин, следовавший через Москву транзитом, отправлялся в путь поздней ночью. Рейс был выбран Антоном по совету сидящего сейчас рядом приятеля. Сергею не раз приходилось летать в Китай — в детстве на каникулы к отцу-дипломату, позже — на студенческие стажировки и, наконец, уже по собственным служебным надобностям, на работу в Пекин, в российское посольство.
Зимний закат окрашивал низкое пасмурное небо в лиловые тона, голос Сергея звучал не переставая, а Антон мучился от неясной и беспричинной тоски.
— В самолете народ будет разный, Антоша, но ты не тушуйся; в основном всем спать захочется, и ты спи — ночь ведь. Садись, куда посадят, насчет проставленного в билете места не упирайся. Рейс у тебя надежный, экипаж китайский, все будет отлично. Да, и не стесняйся брать выпивку, когда стюардессы станут разносить. Это бесплатно. Если захочешь, можешь подкупить у них же чего-нибудь и покрепче. Понял?
— Понял, — эхом откликнулся Антон, почти не вслушиваясь в советы.
А друг наставительно продолжал:
— Как выйдешь из самолета и доберешься до телефона — сразу позвони. Ты же знаешь, я не успокоюсь, пока не услышу, что у тебя все нормально…
У Сергея с давних школьных лет выработался покровительственный тон в обращении с другом. Высокий, уверенный в себе, всегда безукоризненно и дорого одетый, этот темноволосый красавец не случайно был лидером и заводилой в их компании. И теперь, скользнув по приятелю теплым взглядом, Антон внезапно ощутил странную благодарность за то, что тот просто есть, и такое же, не менее странное, иррациональное чувство вины: заводилой-то был Серега, а Светка почему-то выбрала его, Антона, и досталась в жены именно ему… Когда-то это казалось ему наивысшим счастьем. А что теперь?!
— Мечтайте осторожнее: мечты имеют обыкновение сбываться, — неожиданно для себя самого пробормотал Антон вслух.
— Ты что-то сказал? — мгновенно откликнулся Сергей.
Но Антон лишь отрицательно покачал головой, и тот не стал допытываться, удовольствовавшись немым ответом.
У шлагбаума Сергей заплатил за проезд в зону аэропорта — это было новое для Москвы, уже постсоветское «завоевание» российского капитализма, — и друзья наконец притихли, сосредоточившись каждый на своем. Поездку Антона в Пекин можно было назвать ответственным мероприятием для них обоих, они много раз уже обговаривали ее детали, и все-таки некоторая неопределенность все еще, казалось им, витала вокруг них в сыром февральском воздухе.
Неписаные правила бизнеса требовали, чтобы Антон, как главный в их команде, сначала посетил Китай лично. Он, молодой доктор наук, ведущий в России специалист в области инновационных биотехнологий, должен был представить партнерам свою фирму с научной стороны, а также посмотреть лаборатории, познакомиться с условиями, предложенными китайской стороной, и их творческим потенциалом. Если все это его устроит, то неделю спустя, на стадии уже подписания контракта, к нему присоединится Сергей, и тогда они решат остальные, не менее важные, вопросы, связанные с финансовыми условиями сотрудничества. Впрочем, в прибыльности затеянного ими дела можно было не сомневаться — контракт с китайской фармацевтической фирмой, широко известной в мире, просто по определению не мог не быть выгодным.
