Эгле Таураге врачи были уже ни к чему. Она была мертва. Никита с помощью Биндюжного осторожно освободил ее от намокшей от крови и снега шубы - три пулевых ранения в спину, два из них навылет.
Он обвел взглядом зал: странно, но это и был самый первый раз, когда он вот так стоял посредине главного игорного зала "Красного мака". В прошлые посещения казино обстоятельства складывались так, что до экскурсии сюда как-то не доходило, хотя он и сгорал от любопытства. А сейчас… Он смотрел на стены, отделанные мореным дубом, на мягкие тяжелые драпировки, на массивные карточные столы, крытые зеленым сукном, расчерченные меловой сеткой, на яркие лотки для фишек, тускло-желтые лампы, свисающие с потолка, освещающие столы и оставляющие сумрачные тени в углах обширного, низкого, зала, где, несмотря на мощные кондиционеры и освежители воздуха, еще не выветрился запах дорогого табака, алкоголя и терпкий запах мастики для зеркального паркета.
В этом зале без окон, освещенном только лампами-софитами, лишенном дневного света, время замерло, словно остывшая лава. Никита подумал машинально: но ведь так и должно быть. Здесь все задумано и сделано с таким расчетом, чтобы о времени никто не помнил. Игра не имеет конца и начала, игра постоянна и бесконечна. Она захватывает и подчиняет вас целиком.
- Снова, видимо, из пистолета стреляли, - сообщил Биндюжный, рассматривая раны на теле Таураге. - С очень близкого расстояния. Она входила в двери, когда ее расстреляли из подъехавшей машины.
- Машину установили? - спросил Колосов.
- По показаниям очевидцев - иномарка. Одни говорят - "Вольво" вроде это был, другие - "БМВ". Темного цвета - черный или темно-синий. Как назло, в два часа, как снег повалил, наши наблюдение сняли! Мне уже звонили, каялись, чертыхались - все равно, думали, ни зги не видно с дороги в этом буране. Думали, к вечеру, когда немного погода разгуляется и казино начнет работать… Ведь они тут даже открыться не успели - во как! Китаев сказал: намеренно припозднились сегодня.
- Зачем она приехала? - спросил Колосов, смотря на Эгле.
Биндюжный молчал.
- Зачем она приехала? - Никита повысил голос, он обращался теперь к Салютову. - Вы знаете, зачем?
Но и Салютов молчал.
- А Газаров здесь? - спросил его Колосов.
- Нет, - за шефа ответил Китаев. Хрипло откашлялся, выступил вперед. - Здесь никого не было, кроме нашего персонала. Ни одного посетителя.
- Я водилу, что ее привез, первым делом допросил, - шепнул Биндюжный. - От страха еле говорит, клянется, что чуть-чуть в него не попали. Показывает - вроде "БМВ" это был. Вроде свернул с шоссе за ними, он его заметил на аллее - в этой-то метели. Говорит, Таураге остановила его на Мытной, голосовала там. Значит, ехала сюда из дома. Он везти поначалу за город не хотел - далеко. Но она настаивала, наконец сторговались. А здесь, возле подъезда, она вышла, стала расплачиваться, и тут вдруг эта машина с аллеи - развернулась на полном ходу, и оттуда выстрелы. Водитель такси не видел, кто стрелял, сказал, что у него сразу в глазах потемнело со страху… Гаишникам я уже о приметах машины сообщил, но…
- Значит, таксист не видел того, кто был за рулем? - уточнил Колосов. - Хотя бы примерно - один там был шофер или с пассажиром?
- Нет, я его и так и эдак крутил, говорит, не видел ничего.
- Может, пленку посмотрите? - спросил Китаев. - Пленку из нашей камеры над подъездом?
- Пленку? - Никита посмотрел не на шефа безопасности, предложившего эту умную идею, а на Салютова - тот, казалось, ничего не слышал, смотрел только на бездыханное тело, распростертое на столе. - Валерий Викторович, будьте добры, пройдемте с нами в диспетчерскую, посмотрим пленку.
- Идите, я сейчас, - тихо ответил Салютов.
Однако в диспетчерскую он так и не пришел. Китаев достал пленку, включил монитор. На экране зарябило, затем пошли кадры. Видимость была дрянь - глазок камеры залепило снегом. Но все же кое-что разобрать было можно.
- Вот, вот такси подъезжает, - Китаев, напряженно следивший за экраном, вдруг ткнул в монитор пальцем, - Эгле здесь в кадр не попала, дверца открытая мешает… А это наши электрики, они панно ремонтировали. Вот… вот та машина… разворачивается, тормозит и…
Это был темный "БМВ" - без всякого сомнения.
- Ну-ка, крупнее кадр можно дать? - попросил Никита.
Китаев защелкал "мышью", давая более крупные планы. Да, это был темный "БМВ", судя по модели, не новый, выпуска примерно начала девяностых.
- Черт, - Китаев нахмурился, - черт возьми…
- Раньше этой машины вы здесь не видели, Глеб Арнольдович? - спросил Никита.
- На "БМВ" многие наши клиенты ездят… У сына Валерия Викторовича был как раз "БМВ", он на нем и разбился…
- Тот разбился, а этот? Этот автомобиль вам знаком? - Колосов сам защелкал "мышью", максимально укрупнил кадр: часть багажника, заднее колесо и… последняя цифра номера "3".
- Я могу, конечно, ошибаться, - Китаев тревожно глянул на Колосова и побледнел, - но темно-синий "БМВ" 94-го года, номер ВЩ-63 - это машина нашей Басманюк. Она в прошлом году ее приобрела.
Никита нажал стоп-кадр.
- Ну-ка, пригласите ее сюда, - попросил он.
