Колосов осведомился: а где же сама Жанна Марковна находилась с половины первого, когда закончился ее допрос в уголовном розыске ГУВД области? И отметил, как на это сообщение мгновенно отреагировал Китаев - вздрогнул, насторожился. Басманюк сухо ответила, что "после вашего допроса я ездила в центре по магазинам".
Колосов попросил ее назвать адреса магазинов. Она с ходу набросала десяток - Манеж, "Подарки" и бутик "Кристиан Диор" на Тверской, "Эскада" и т.д. и т.д. Колосов спросил: не помешал ли такому длительному шопингу "этот ужасный мороз"? Она еще суше ответила: нет, я закаленная. Он спросил: может ли она в таком случае продемонстрировать свои покупки, чеки с датой? Она ответила, что почти ничего не приобрела. Просто убивала время до работы, смотрела вещи, примеряла.
Тут Глеб Китаев громко кашлянул. Жанна Марковна вздрогнула и спросила: а в чем дело? Какое все это имеет отношение к… Колосов только пожал плечами и спросил: когда она заявила в милицию о пропаже машины? В какое отделение звонила? Басманюк ответила, что сильно растерялась… к тому же она опаздывала в казино… поэтому решила сначала ехать сюда… Колосов спросил: как же так, уважаемая? Отчего сюда, а не сразу в милицию? Жанна Марковна посмотрела на него и… и тут Никита услышал за спиной шепот Салютова: "Довольно, прекратите этот фарс. Не заставляйте ее так униженно лгать при всех… Уведите ее наверх, в мой кабинет".
Колосов чуть помедлил и сказал: "Я прошу вас, Жанна Марковна, проехать с нами на место, откуда была угнана ваша машина".
Сели в дежурную "Волгу", приехали в Москву на улицу Крылатские Холмы, к дому 23. Басманюк указала стоянку возле подъезда нового двенадцатиэтажного дома, выстроенного по индивидуальному проекту. Они - Колосов, следователь Сокольников, эксперт и Биндюжный - осмотрели место. Эксперт сфотографировал след протектора на снегу. Никита попросил у Басманюк техпаспорт и ключи от машины. Они ждали. Она порылась в замшевой сумочке и отдала ключи. И это был следующий сюрприз.
Затем следователь Сокольников предложил подняться наверх в квартиру, предупредив, что это всего лишь формальность, а не обыск. Басманюк ответила: пожалуйста, прошу. Квартира была просторной, светлой, трехкомнатной, стильной. Однако ничего особенно интересного Никита для себя в этой квартире не увидел. Кроме, пожалуй, спальни… Гораздо интереснее были глаза Жанны Марковны. Глаза, лгавшие так же страстно, упорно и затравленно, как и ее бойкий язык.
Вернулись в "Красный мак" (поездка в Крылатское заняла немного времени). Все вместе спустились в диспетчерскую и по новой просмотрели пленку. Следователь Сокольников спросил: опознает ли Жанна Марковна в машине, заснятой камерой, свою? Басманюк ответила, что, возможно, это ее автомобиль, но запись плохая, она не может ничего утверждать. Сокольников сказал, что именно из этой машины тремя пистолетными выстрелами сегодня в 15 часов была убита Эгле Таураге. И предложил Басманюк еще раз вспомнить точно, где она находилась в это время? Она ответила, что как раз в это время она вернулась домой и увидела, что машины нет. Затем она замолчала, посмотрела на стоп-кадр на мониторе и сказала, что больше без адвоката на их вопросы отвечать не будет.
Адвокат Гржимайло (от услуг других защитников Басманюк отказалась наотрез) отыскался только к десяти часам вечера. А на ночь глядя допрашивать слабую беззащитную женщину, пусть и лгунью, ни Колосов, ни Сокольников просто бы себе не позволили. Но и ехать домой Жанне Марковне тоже не разрешили. Пришлось ей провести ночь в Скарабеевском отделении на скамейке возле дежурной части в компании своего адвоката, спешно прибывшего в отделение милиции, - они всю ночь шепотом о чем-то совещались. К восьми утра их перевезли в управление розыска на Никитский, куда прибыл и Колосов, и допрос возобновился.
За ночь ситуация особенно не изменилась, но появились кое-какие дополнительные сведения и новые свидетели. Утром на Никитский привезли Георгия Газарова. Однако, узнав о смерти Эгле, он впал в такое состояние, что Колосов решил с его допросом не торопиться, дав ему время прийти в себя. Дополнительные сведения дала и консьержка дома 23. О возвращении домой в дневное время Басманюк она ничего не знала. Правда, честно призналась, что как раз с 14.45 и до 15.30 отлучалась из подъезда - забрать внучку из музыкальной школы. О самом "БМВ" она тоже ничего не могла сказать. Однако на вопросы о Басманюк отвечала охотно, именуя ее уважительно "дамой самостоятельной, обеспеченной и одинокой". Упомянула, что она всегда при деньгах, квартиру купила, часто меняет дорогие наряды, много курит - даже в лифте с сигаретой не расстается. И что в недалеком прошлом в ее квартире проживал "очень видный молодой спортивный мужчина", с которым консьержка часто видела ее утром и днем, но никогда в ночное время или вечером.
Эти показания, пусть и довольно скудные, стоило хорошенько обдумать. Но показания появились утром. А мысли свои привести в порядок Колосов попытался еще вечером, в машине по пути в Скарабеевское отделение.
