– Вот увидишь, у тебя все прекрасно получится. Нам будет приятно услышать с кафедры новый голос. Дело не в том, что мне не нравился преподобный Адамс. Но ты будешь говорить с другим поколением. Твои родители наверняка гордятся тобой.
– Еще как. Моя мать решила, что раз я теперь пастор, то она – первая дама в городе, выше даже, чем жена мэра.
– Твоей матери не избежать конкуренции. Вот увидишь, скоро сюда выстроится очередь из незамужних женщин, желающих взглянуть, кто станет супругой нового пастора, – поддразнила его Кара.
– Вряд ли очередь будет длинной.
– Вот только не надо скромничать. Девчонки в школе были от тебя без ума. Половина женщин, с которыми ты рос, не замужем и по-прежнему живут здесь. Есть и новые. Вскоре сюда начнут приносить салаты и печенье. Будет столько добровольцев, столько желающих тебе помочь, что ты не будешь знать, что с ними делать.
Кара закрыла рот. До нее дошло, что Эндрю ее не слушает. Его взгляд был устремлен в другой конец церкви. В вестибюле она увидела Шарлотту. Та разговаривала со своей матерью.
– Похоже, кое-кто уже возглавил эту гонку, – добавила она.
– Что ты сказала? – рассеянно спросил Эндрю, не сводя с Шарлотты глаз.
– Ничего. Ага, вижу, пришла Дженна, наша сегодняшняя пианистка. Пойду к ней.
Кара встретила Дженну в дальнем конце церкви. Похоже, та нервничала даже больше, чем Эндрю. Лицо ее было бледным, взгляд – тревожным. Кара уже давно заметила, что Дженна часто имеет встревоженный вид. Ей не давал покоя вопрос, что такого было в прошлом Дженны, что она так осторожничает. Впрочем, они не настолько близкие подруги, чтобы задавать подобные вопросы. Может, когда-нибудь, в один прекрасный день…
– Спасибо, что согласилась выручить нас, – сказала она Дженне. – Ноты лежат на пианино. Думаю, тебе их будет достаточно, но если хочешь, миссис Адамс пробежится по ним вместе с тобой. Это вдова нашего преподобного Адамса, – пояснила Кара, заметив во взгляде Дженны недоумение. – Она знает от и до, как, чему положено быть в церкви. Как должны проходить службы и так далее. Так что пока вздохни поглубже и успокойся.
– Вряд ли у меня получится расслабиться, пока служба не закончится.
– Вот увидишь, все будет прекрасно, – заверила ее Кара, а про себя подумала, скольких еще людей ей предстоит сегодня подбадривать.
– Пойду, посмотрю на ноты, – сказала Дженна и направилась к пианино.
– А я пойду, поищу миссис Адамс, – ответила Кара и зашагала по проходу, здороваясь с прибывающей паствой. – Доброе утро, Шарлотта, доброе утро, миссис Адамс, – сказала она, выйдя в вестибюль. – Наша пианистка хотела бы получить от вас наставления.
– Отлично. Поговорим потом, Шарлотта, – сказала Моника и направилась в зал.
– Вы с матерью о чем-то спорили? – спросила Кара, когда они с Шарлоттой остались одни. – Мне показалось, она чем-то раздражена.
– Обычное явление, – устало ответила Шарлотта.
– Представляю, как вам трудно после смерти отца.
– Трудно было, когда он был жив. Сейчас просто невозможно.
– Понятно. Молись за нее. Может, она изменится.
Шарлотта улыбнулась.
– Бог слышал мои молитвы как минимум миллион раз, но пока не отвечает.
– Я подумала, ты сегодня приведешь с собой Энни.
Шарлотта покачала головой.
– Я хотела, но, думается, ей пока слишком рано быть в центре всеобщего внимания.
– Что ж, пожалуй, соглашусь. Хотя с удовольствием бы с ней познакомилась.
Хотя Шарлотта вроде бы ее слушала, взгляд ее был устремлен на Эндрю. Вот оно что!
– В чем дело? – спросила Кара.
– Не поняла?
– Сначала Эндрю, затем ты. Вы оба смотрите друг на друга, когда вам кажется, что второй этого не видит.
Шарлотта покраснела.
– Не говори глупостей. Просто странно видеть его в пасторском облачении. Он в нем такой… одухотворенный.
– В школе между вами что-то было. И вряд ли ограничивалось только… одухотворенностью, – пошутила Кара.
– Прекрати, мы же в церкви.
– Это ты прекрати. По Эндрю девчонки сохли в школе. Будут сохнуть женщины в церкви. Впрочем, ничего удивительного.
– Если между нами что-то и было, то так давно, что уже и не вспомнить. Повторения точно не будет.
– Это почему же? Он холост, хорош собой. Кроме того, он добрый, раз выбрал для себя такую стезю. Ты же красива и не замужем. Так что если сложить одно с другим…
– Я сказала, прекрати! – оборвала ее Шарлотта. – В мои планы это не входит.
– А вот твоя мать была бы в восторге. Ты только представь: ты – жена нового пастора.
Шарлотта поморщилась, Кара же рассмеялась.
– Или препятствие – твоя мать? – уточнила она.
– Скажем так. Я не горю желанием стать женой пастора.
– Это не самый худший вариант.
– Мне хорошо одной, – ответила Шарлотта. – Не понимаю, почему замужние женщины из кожи вон лезут, лишь бы выдать замуж своих незамужних подруг.
– Просто мы хотим, чтобы вы тоже были счастливы, – улыбнулась Кара.
– Кто тут счастлив? – спросил Колин, который вырос у нее за спиной. Он обнял ее за талию и поцеловал в щеку. – Привет, Шарлотта.
– Колин, скажи своей жене, чтобы она прекратила сводничать.
– И кого же мы сводим, дорогая? – поинтересовался у жены Колин.
