– Не помню. Семь-восемь лет назад. Прекрасное место. Одно из последних диких мест на земле.
Джейн остановила запись:
– Спасибо. Думаю, пока это все, что я хотела знать.
Он нахмурился:
– Все, что вы хотели знать?
– Если у меня возникнут еще вопросы, я с вами свяжусь.
– Вы не оставите это дело? – сказал он, глядя, как она собирает видеокамеру. – Кажется, что это автоматически списали как несчастный случай.
– Пока, доктор Оберлин, у нас нет оснований назвать это чем-либо иным. Только несчастный случай. Мне все говорят, что крупные кошки опасны.
– Прошу, дайте мне знать, чем еще я могу быть полезен. Сделаю все, что в моих силах.
«Ты уже сделал», – подумала она, выходя из его кабинета с камерой в руках. Суббота и солнечная погода привлекли в зоопарк толпы народа, и ей пришлось проталкиваться по заполненной дорожке. Теперь дело могло закрутиться. Неподалеку четверо полицейских в гражданской одежде ждали ее звонка с приказом арестовать Оберлина. Команда айтишников была готова захватить его компьютер с файлами, а Маура уже собирала волоски бенгальского тигра для криминалистической лаборатории. Ловушка стояла на изготовку, и, чтобы привести ее в действие, Джейн нужно было лишь опознание от Милли.
Входя в конференц-зал административного здания, где ее ждали Фрост и Милли, Джейн почувствовала, что ее нервы напряжены до предела. Как охотник, увидевший зверя, она уже ощущала в воздухе запах крови.
Джейн подключила камеру к видеомонитору и повернулась к Милли – та стояла, вцепившись в спинку стула, руки ее были так напряжены, что связки, казалось, готовы порваться. Для Джейн это была обычная охота, для Милли – миг избавления, окончания кошмаров, и она смотрела на видеомонитор, как смертник, молящий об отсрочке приведения приговора в исполнение.
– Ну, начали, – сказала Джейн и нажала кнопку «Воспроизведение».
«– Вам и в самом деле нужно это записывать? – спросил он.
– Мне нужна точность. А кроме того, это освобождает меня от необходимости делать заметки, и я могу сосредоточиться на разговоре»…
Видео крутилось, а Джейн не отрывала глаз от Милли. В комнате звучали лишь вопросы Джейн и ответы Оберлина. Милли стояла прямо, по-прежнему цепляясь руками за спинку стула, словно это был единственный надежный якорь в комнате. Она не шевелилась. Казалось, даже не дышала.
– Милли? – спросила Джейн. Она нажала клавишу «пауза», и на мониторе замерло лицо Грегори Оберлина. – Это он? Джонни?
Милли посмотрела на нее.
– Нет, – шепотом ответила она.
– Но вы вчера видели фотографию. Вы сказали, что, возможно, это он.
– Я ошиблась. Это не он. – У нее подогнулись ноги, и она рухнула на стул. – Это не Джонни.
От этого ответа в воздухе словно исчез кислород. Джейн была практически уверена, что убийца у них в кармане. А они вместо человека-леопарда, похоже, поймали Бэмби. Это вознаграждение ей за то, что она поставила все на неуверенного в себе свидетеля с ненадежной памятью.
– Господи Исусе, – пробормотала Джейн. – Мы снова вернулись к началу, у нас ничего нет.
– Да брось, Риццоли, – сказал Фрост. – Она никогда не была по-настоящему уверена.
– Лейтенант Маркетт и без того уже грызет меня за эту командировку в Кейптаун. А теперь еще и это.
– А чего вы ожидали? – Милли с неожиданной злостью посмотрела на Джейн. – Для вас это всего лишь головоломка, пазл, и вы решили, что у меня есть недостающий фрагмент. А если у меня его нет?
– Послушайте, мы все устали, – сказал Фрост, выполняя, как всегда, роль миротворца. – Думаю, нам нужно поглубже вдохнуть. Может быть, перекусить.
– Я сделала то, что вы просили. Больше ничем не могу помочь вам! – сказала Милли. – Теперь я хочу домой.
Джейн вздохнула:
– Хорошо. Знаю, день для вас выдался трудный. Сейчас патрульный отвезет вас к Мауре.
– Нет. Я имею в виду – домой. В Таус-Ривер.
– Послушайте, прошу прощения, что сорвалась. Завтра мы все обсудим еще раз. Может быть, мы что-то…
– Я с этим покончила. Хочу к семье. Я возвращаюсь домой. – Милли оттолкнула стул и встала. Глаза ее горели яростью, какой Джейн не видела прежде. Вот эта женщина и выжила в буше, несмотря на мизерные шансы. Женщина, которая не пожелала упасть на колени и умереть. – Завтра я улетаю.
Зазвонил сотовый Джейн.
– Мы можем поговорить об этом позднее.
– Говорить здесь не о чем. Если вы не посадите меня в самолет, я улечу сама. Я с этим покончила. – Она вышла из зала.
– Милли, постойте, – сказал Фрост, выходя за ней в коридор. – Я найду кого-нибудь, кто отвезет вас.
Джейн ответила на звонок:
– Риццоли.
– Похоже, я звоню не в самое удачное время, – сказала криминалист Эрин Волчко.
– Время, откровенно говоря, паршивое. Я тебя слушаю. Что там есть?
– Это улучшит твое настроение, а может, и нет. Те образцы волосков, что ты извлекла из чучела бенгальского тигра. Из дома Готта.
– И что?
– Они хрупкие и поблекшие. Поверхностная кутикула разложилась и ослабла. Думаю, этот тигр убит не одно десятилетие назад, потому что волоски претерпели возрастные изменения и воздействие ультрафиолетового облучения. Вот тебе и проблема.
– В чем?
