В частности, заведующий отделом сказал, что Салимханом Абиди написано заявление в ЦК. Однако упомянутые в нем факты не подтвердились. В связи с необоснованностью ряда обвинений, выдвинутых почтенным домуллой, целесообразнее разговор о них отложить на более подходящее время — когда будет исчерпано обсуждение более важных проблем.
Заведующий отделом открыл лежавшую перед ним папку, перелистал несколько страниц и продолжал:
— Наша комиссия, в течение нескольких дней проверявшая работу научно-исследовательского института селекции, отметила, что коллектив этого учреждения занят разрешением важных и насущных задач. И можно сказать, работает в этой области успешно. — Он опять перевернул листок в стопке бумаг и отпил воды из стакана. — Однако, товарищи, нельзя удовлетвориться достигнутым… Центральный Комитет, по-моему, выполнил все просьбы вашего института. А?.. Может, не все требования удовлетворены?
Помедлив, заведующий продолжал:
— Совет Министров республики выделил для института крупные средства. Значительно приподнят ваш «авторитет», — смеясь, заметил оратор. — Вы получили легковой автомобиль и малолитражный автобус… Так что ваши «скорости» увеличились. Однако коллектив института все еще отстает в создании новых сортов хлопчатника, особенно раносозревающего и длинноволокнистого и, еще раз повторяю и подчеркиваю, такого вида, который бы мог противостоять любым болезням…
Как все мы хорошо помним, в Фергане на совещании передовиков сельского хозяйства обсуждались эти вопросы. Однако мы не можем похвастаться, что сделали за это время большой шаг вперед. Что касается недавно выведенных сортов С-82/57, 108-Ф, С-16/22 и Мутант-1, то о них поступают одобрительные отзывы колхозников. Институт селекции недостаточно активно пропагандирует эти прекрасные сорта!.. Давайте смелее внедрять в жизнь все новое, оправдавшее себя после многократных проверок… В связи с этим хочу поблагодарить от имени ЦК секретаря Ферганского обкома партии Пулатджана Садыкова, который одним из первых прописал на полях области эти лучшие на сегодняшний день сорта хлопчатника!..
Заведующий отделом ЦК подчеркнул в своем выступлении, что институту селекции всегда будет оказана необходимая помощь. Партия и правительство придают работе наших селекционеров огромное значение… И не следовало бы некоторым уважаемым товарищам отвлекать научных работников, занятых творческим созидательным трудом… При этих словах заведующий отделом выразительно посмотрел на Салимхана Абиди.
Следующим попросил слова академик Атабаев. Он вкратце рассказал, перед какими трудностями стоит сегодня узбекская селекция. Упомянул имена молодых ученых, особенно способных и многообещающих, которые наряду с опытными селекционерами успешно трудятся над созданием лучших сортов хлопчатника и борются против вилта. Среди других имен академик назвал и Умида Рустамова.
Могла ли быть для Умида награда выше этой!
В самом конце совещания Абиди попросил слова. Но, как ни пыжился, ничего путного сказать не смог. Часто запинался, махал перед лицом рукой, будто ему не хватало воздуха. Начал он с того, что надо работать еще лучше, чем они работали до сих пор, и что они, старшее поколение ученых, владеющее огромным опытом, сделают все возможное… Абиди готовился совсем к другому выступлению, перестроиться так и не смог. С досадой махнул рукой и, буркнув: «А об остальном здесь говорили уважаемые товарищи!», грузно опустился на стул.
После совещания Умид подошел к академику Атабаеву и поблагодарил его за то, что он похвально отозвался о его работе. Академик положил руку на его плечо.
— Помните, братишка, что травинка может расколоть камень. Она медленно, очень медленно, но упорно тянется к солнцу — и открывает для себя целый мир. Работайте, но без спешки. Наука не любит спешки… Да, я читал новый вариант вашей научной работы. Отдельные места меня порадовали. Будем считать ту работу, с которой я ознакомился, проектом вашей диссертации.
— Спасибо, домулла…
— Помните о травинке, — сказал академик с добродушной улыбкой и на прощанье пожал Умиду руку.
Атабаев пригласил в свою машину Канаша и Салимхана Абиди. Умид удивился, заметив, что его бывший руководитель приехал не в своей машине. «Наверно, Инагамджан не врал, когда говорил, что собирается уйти от своего «благодетеля», — подумал Умид.
Шукур Каримович и Пулатджан-ака решили пройтись пешком к Воскресенской площади до остановки трамвая.
— А вы, Умиджан, не хотите трамваем ехать? — спросил Шукур Каримович, заметив, что Умид направился к мосту через Анхор.
— Я хотел на автобусе. Но трамваем тоже можно, — сказал Умид.
— Ну, тогда идемте с нами!
Шукур Каримович негромко засмеялся, проводив взглядом проехавший мимо автомобиль Атабаева. Впереди, рядом с шофером, сидел Канаш и, обернувшись, жестикулируя, что-то горячо доказывал Абиди.
— Сейчас ветераны возьмут в оборот своего дружка-ровесника, — сказал Шукур Каримович. — Они, кажется, специально пригласили его, чтобы потолковать по душам…
