Выступать в активной роли для Гарри было в новинку, но возбуждение и восторг от подобного доверия достигли такой степени, что он и не подумал отступать, а опыт собственных ощущений подсказал, как нужно действовать. И как бы не захлестывала страсть, в первую очередь стоило подготовить любовника, а не переть напролом, дабы удовлетворить собственные желания.
Оторваться от Северуса, и искать смазку было невыносимо, но магия пришла на помощь, словно только и ждала возможности присоединиться к «действию». Подготавливать любовника, ясно понимая, что скоро пальцы заменит изнывающий от невнимания член — одно это могло заставить Гарри кончить, продолжись чуть больше, но тут Снейп ясно дал понять, что пора переходить к главному. Повинуясь, Поттер медленно скользнул внутрь, и пропал, растворился в чистом восторге. Но его хватило не излиться с первым же толчком, а начать двигаться, наращивая темп.
Оргазм обрушился на парня неожиданно, вырвав хриплый крик. Гарри еще сделал несколько хаотичных движений, мгновенно утянувших за собой и Северуса, а потом буквально рухнул на супруга, словно на него наложили обездвиживающее заклятье.
Потом оба лежали, пытаясь выровнять дыхание. И каждый все еще очень остро ощущал партнера, словно часть собственного тела. Столь тесное единение получалось благодаря все еще бушующей магии, не только циркулирующий между ними благодаря брачным узам, но и наполнявшей, казалось, всю комнату. Разрывать этот контакт ничуть не хотелось. Наоборот, Гарри всем телом приник к любовнику, да еще и зарылся носом куда-то между шеей и плечом, а потом сам не заметил, как заснул.
Проснулся Поттер довольно скоро, и обнаружил, что лежит уже на кровати, на боку, правда, Северус все еще продолжает его обнимать, и даже осторожно перебирает сбившиеся в прядки волосы.
Стоило все это ощутить, как Гарри тотчас стало неловко за то, что он так вот вырубился, и с губ сорвалось поспешное:
— Прости. Я тебе, наверное, все отлежал.
— Не все, — возразил Снейп и добавил, на секунду призадумавшись: — Но многое.
Смешно фыркнув, Поттер попытался увеличить дистанцию, но руки супруга его никуда не пустили, а когда парень удивленно вскинул голову, чтобы узнать, в чем причина, Северус сказал:
— Сейчас уже все нормально. Неужели ты думаешь, что я не в состоянии найти… удобное положение? — очень похоже, что он смягчил куда более резкую фразу.
— Так тебе удобно? — все же решил уточнить Гарри.
— Более чем.
Счастливо вздохнув, молодой волшебник приклонил голову на плечо любовника, но тут же вскинулся вновь, ярко вспомнив, чем они до этого занимались, и, жутко смущаясь, спросил:
— Я… я не причинил тебе боли?
— Нет, — Снейп позволил себе улыбнуться. — По-моему, ты мог чувствовать мое явное… удовольствие.
Последовавший короткий поцелуй в знаменитый шрам стал последним аргументом, убедившим Поттера, что он не разочаровал супруга.
Если бы Северус отличался красноречием в постели, то мог бы сказать, что полностью очарован тем, как в молодом супруге сочетаются податливость и неистовство. Он был вовсе не против играть активную роль в сексе, но расстроился бы, предпочитай Гарри только отдаваться. В конце концов, Северусу всегда нравились полутона.
Но вместо всех этих слов и объяснений он склонился к шее Поттера и, подобно вампиру, впился поцелуем в золотистую кожу. Таким горячим, что дело, непременно, должно было закончиться засосом. Подобных порывов оставить на любовнике свою метку Снейп не замечал за собой с подросткового возраста, но сейчас это почему-то показалось важным.
Что до Гарри, то он и не думал возражать, даже не поморщился, а, наоборот, хихикнул и быстро облизнул сосок супруга, оказавшийся в удачной близости. Практический опыт показал, что они чрезвычайно чувствительные, гораздо больше, чем у него самого. Поттер всерьез подозревал, что именно поэтому Северус и предпочитал такую многослойность в одежде — чтобы скрыть этот факт.
Втянув воздух сквозь зубы, Снейп «наградил» дерзкого мальчишку звонким шлепком и велел:
— Не шали.
— Почему? — игриво усмехнулся Гарри, готовясь повторить «шалость».
— Потому, — Северус просто одним быстрым движением передвинул его повыше, так что они оказались лицом друг к другу.
От дальнейших расспросов Поттера удержало странное движение зельевара. И почти сразу же осенила догадка — Снейп просто сдержал зевок. Конечно, день выдался насыщенным, а вечер тем более. Безусловно, он устал. Гарри-то успел хоть чуть вздремнуть, в отличие от любовника.
Тотчас устыдившись собственной невнимательности, парень поспешил загладить вину:
— Прости. Ты ведь устал еще больше моего, а я…
— Я не настолько устал, насколько ты сокрушаешься. Но на второй раунд сей же час неспособен. Да и чтобы твою магию… переварить нужно время.
— А со всеми волшебниками так? Ну… в постели? — снова смущаясь спросил Гарри.
