В одной руке я несла Муча, с болтающейся сумкой, в другой — пульт и ключ, когда я вошла в дом, бросила сумку и опустила Муча на пол, который тут же начал по щенячьи тявкать в сторону кухни.
Закрыв за собой входную дверь, я повернулась в сторону кухни и уставилась на него.
Джо, опершись рукой о кухонную стойку, прижав телефон к уху, стоял на моей кухне, его глаза, я бы сказала, сердитые глаза, пригвоздили меня к месту.
— Да, — сказал он в трубку, не сводя с меня глаз, я застыла, уставившись на него. — Ты все поняла. Не беспокойся. — Он помолчал, потом сказал: — Да, когда ты вернешься. — Он снова помолчал, потом произнес: — Я передам ей. — Потом состоялась еще одна пауза. — Да, увидимся, девочка.
И он захлопнул телефон и бросил его на стойку.
— Что ты здесь делаешь? — Тихо спросила я, Муч, каким-то образом поняв по моему тону что нужно заткнуться, перестал тявкать, сел у моей ноги и уставился вместе со мной на Джо.
— Я разговаривал с Кейт, — ответил он, все еще сверля меня взглядом.
— Что? — Спросила я.
— Она звонила вчера, беспокоилась, как ты будешь здесь одна. Мы заключили сделку.
Последняя фраза мне совсем не понравилась, звучала она не очень хорошо.
— Ты... — я замялась, — заключил сделку с моей дочерью?
— Ага, — ответил он, не двигаясь с места, обманчиво небрежно прислонившись к стойке. — Они с Кирой помогают мне с домом. Я приглядываю и оберегаю тебя.
— Ты заключил сделку с моими дочерьми? — Повторила я, с пугающим изменением голоса.
— Мне это подходит, видишь ли, у меня нет ни кухни, ни ванной, ни мебели. И я остаюсь у тебя, поэтому присматриваю за тобой.
В груди у меня все сжалось.
— Остаешься у меня? — Выдохнула я.
— Она только что звонила, чтобы проверить, где я.
Я посмотрела на его телефон, потом на него, вспомнив тот день, когда я сама вбила номер телефона Джо в телефоны своих девочек.
— Я…
Джо прервал меня.
— Ты провела с ним ночь.
Я взяла себя в руки и заявила:
— Это не твое дело.
— Мне казалось, я вчера ясно выразился, Вай.
— Ага, и я тоже достаточно ясно выразилась.
— Ага, детка, ты выразилась, бл*дь, застонав, как только мои губы приблизились к тебе.
Черт, ладно, он вроде как меня подловил.
— Джо…
— Я же говорил тебе не играть в такие игры.
— Джо…
— Ты начала играть.
Я решила, что это будет хорошая идея — самое время отступить, что и сделала. Муч начал тявкать. Джо стоял совершенно неподвижно.
— Я бы хотела, чтобы ты ушел, — заявила я ему.
— Ты забыла, — ответил он, и я перестала пятиться.
— Что забыла?
— Даже, не могу себе этого представить. Я чувствовал тебя каждой божьей ночью даже, бл*дь, чувствовал твой запах, я решил, что ты тоже чувствуешь.
Его слова хлынули на меня, все значения его слов разом, и я перестала дышать.
— Должен тебе напомнить, — пробормотал он.
Наши глаза встретились, и никто не хотел отводить взгляд.
А потом он начал двигаться.
А я развернулась и побежала.
Муч последовал за мной, думая, что я с ним играю.
Но это была не игра, и я слишком медленно бежала. Джо поймал меня, развернул, забросил на плечо и понес ко мне в спальню.
— Джо! Отпусти меня! — Потребовала я, молотя кулаками по его спине.
Он даже не вздрогнул. Наклонившись, он повалил меня на кровать.
Я перевернулась, встала на четвереньки, карабкаясь подальше от него.
Он схватил меня за лодыжки, дернул на себя, колени заскользили по одеялу, ноги вытянулись, он притянул меня к себе, перевернул на спину и приземлился на меня сверху.
— Джо... — попыталась я, но его рука запуталась в моих волосах, сжавшись в кулак, он отстранил мою голову, и его губы опустились на мои.
Черт возьми, но этот поцелуй был всем. Он был безумием, но это было все, что он должен был сделать.
Он ошибался. Я все помнила. Я помнила каждую секунду с ним, даже те, когда мы не занимались сексом, и я скучала по тем моментам. Боже, я так сильно скучала по каждой секунде с ним, что мне пришлось похоронить, запрятать как можно глубже, закрыть всем, что у меня было, чтобы мои воспоминания не сломили меня окончательно.
Но сейчас все вернулось — тоска, боль, голод по нему, все, что было между нами, все, что я хотела, чтобы у нас было, и это было именно всем, что у нас было.
Мы рвали друг на друге одежду, срывая, боролись за превосходство, целуясь, облизывая, кусая, прикасаясь, царапая.
— Господи, детка, — прорычал Джо, когда моя рука крепко обхватила его за твердый член.
— Я скучала по тебе, — прошептала я, зачем, не знала. Просто фраза вырвалась.
Его лицо исчезло у меня на шеи, губы были у моего уха, он приказал:
— Раздвинь ноги для меня, соседка.
Я раздвинула, он передвинулся между моих ног, затем без промедления вошел заполняя.
Руки погрузились в его слишком длинные волосы, и я простонала:
— Малыш.
— Обхвати меня ногами, любимая.
Я обхватила, мои пятки впились ему в спину, я приподняла бедра, и он стал входить быстрее, сильнее, глубже.
— Господи, как мне в тебе хорошо, — простонал он мне в ухо.
Это был спорный вопрос, но я решила, что он чувствует себя лучше, хотя я не собиралась спорить с ним сейчас. Вместо этого я обняла его еще крепче, его губы приблизились к моим, и он поцеловал меня.