Лифт, как назло, долго не ехал вниз. Все стоял на десятом этаже, словно кто-то не давал закрыться дверям. Лука выглянул на лестницу, но она с этого уровня вела только вверх, а ему нужен был этаж внизу. Наконец, лифт пришел. Двери открылись, и Лука шагнул внутрь. Четверо в лифте подозрительно уставились на Луку.
— Мне в бар, — умышленно заплетающимся языком заявил Лука.
— В бар заходят с главного входа, — сказал в ответ толстяк в малиновом пиджаке.
— А я за рулем, — Лука засунул руки в карманы брюк и оперся на дверь лифта.
Из-под полуопущенных век он наблюдал, как толстяка передернуло от его слов.
— Выкинуть его, Слон? — спросил стоящий рядом с толстяком.
«Хо! Как мне повезло, — обрадовался Лука и вспомнил, где он слышал голос Слона. — Пристрелить бы его, суку, прямо сейчас, но у него Славка и, судя по ревности Ядвиги, Анетта…».
— Ты что, идиот — клиента выбрасывать? — толстяк ткнул кулаком в плечо того, кто предложил выкинуть Луку. — Вы только в бар или ищете удовольствий?
— Сначала в бар, — Лука, изображая пьяного, едва не вывалился из лифта, когда тот остановился и дверь открылась. — Преисподняя! — в сердцах проорал Лука, оглядываясь.
Притон и есть притон — алкоголь, наркотики, секс. Люди искали удовольствий, и «Африка» им щедро всё это представляла, и даже с лихвой.
Попутчики подхватили Луку под руки и потащили через скопление шевелящейся массы тел. Стараясь ни на кого не наступить, ни с кем не столкнуться, он уворачивался как мог… и вдруг во всеобщем гомоне четко расслышал слова:
— Слон, да он в жопу пьян. Давай вмажем ему по башке, карманчики выпотрошим… и в канаву?
— Ты, придурок, его зубы видел? Это знать цыганская. Не хочешь проблем с этим отребьем, не трогай их главного. Я копам позвоню, пусть его потом заберут и отвезут в табор.
Тяжелый тошнотворный запах притона закончился за дверью. Луку подвели к лестнице и поставили рядом с перилами.
— Тебе этажом выше, цыган. Сильно не пей, а то конь сбросит, — сказал Слон.
— Мне коньячку и кофе, — Лука старательно-пьяно растянул губы в улыбке. — И я буду как огурчик.
— Иди-иди, — похлопал его по спине Слон.
Лука побрел наверх и услышал, как открылась дверь, судя по свежему воздуху, на улицу. Оглянувшись, успел заметить исчезающую полоску уличного пространства.
…Усаживаясь на высокий барный стул, Лука осмотрелся — органиков нет вообще, в зоне ВИП-гостей пусто, на танц-поле пара полуголых девушек извиваются в танце, словно они на сцене стриптиз-клуба. Лука пробежался взглядом по стене за спиной бармена и заметил в углу маленькую веб-камеру.
— Кофе с коньяком!
Бармен устало поднял на Луку глаза и помотал головой.
— Всегда же был, — возмутился Лука.
— Хозяин все забрал для своей крали. Есть энергетик с кофеином. Вкус синтетический, но час будет колбасить как сдетонировавший склад.
— Кофе хочу, умираю! А где краля Слона живет? Мне на одну чашку! Деньги есть!
Бармен ничего не сказал, опустил глаза, взял бокал и принялся натирать его так усердно, словно в этом бокале уснул джин и только таким ретивым трением его можно оттуда изъять.
— А шоколад?
— Там же, где и кофе. Хотя неделю назад шоколад у нас был, как и какао, — вздохнул бармен.
— Но все теперь у мифической крали. Да, мы становимся такими дурными из-за женщин. Делаем все, чтоб она порадовалась, а она потом хлопнет дверью и уйдет к какому-нибудь га… гондурасу, не смотри на меня так. И все потому, что он ей цветы из Эквадора привез. Ты был в Эквадоре? Там такой кофе. Плесни мне коньячку, — попросил Лука и бармен быстро, чтоб клиент опять не попросил что-то бодрящее, налил ему коньяк, в тот бокал, что натирал. — И чайку, черного, крепкого, с сахаром!
— Да задрал ты, мужик! — рассердился бармен. — Нет больше чая, кофе и какао с молоком. Но пусть лучше это все баба получит, чем эти спящие мумии наверху.
И вдруг Лука вспомнил, что Анетта какао давала Славке, а когда он спросил можно ли напиток ему, то получил отказ — какао берегли для спящих. А те мумии наверху, это и есть спящие. Слон приехал на лифте с десятого этажа, стало быть…
«А чем черт не шутит, — решил Лука. — Проверить надо».
Лука попробовал коньяк — на редкость приличный. Достал купюру из пачки и положил перед барменом.
— Мельче не будет? Сегодня все как на зло с крупными.
— Дай на сдачу энергетик с кофеином, — попросил Лука, допивая коньяк.
Перед ним на стойке появились четыре банки.
— Нафиг мне столько. Сделай две порции коньяка в разные бокалы.
Бармен забрал один энергетик, плеснул из бутылки коньяк в тот же бокал, из которого пил Лука и поставил перед ним второй бокал с коньяком.
— Кем ты был до зомби-апокалипсиса? — спросил Лука.
— Профессиональным спортсменом. Чистым, словно из двадцатого века. Нам специально препараты давали, чтоб случайных наноботов из организма выводить. Медали завоевывал, места занимал. На гонорары родным улучшения делал — кому желудок заменил, кому печень, сестренке младшей глаза… Всех… всех похоронил в первый же месяц вируса.
Лука придвинул к бармену бокал.
— Нам нельзя.