Умное Небо полностью

Рад был получить от Вас письмо. Как Ваше давление? По воскресеньям и средам мысленно — с Вами (сейчас моя неделя). Не смущайтесь, что радость Вас посещает. Ведь и труд и борьба и искушения — все это средства для цели, которая есть Благо. Для «блаженства» мы и созданы. Кто утверждал бы противное — клеветал бы на Творца.

(Моя неделя начинается с понедельника)

Относительно Каффареля согласен с Вами. Я ведь сначала не намеревался писать о молитве, а хотел просто дать своим перевод его текстов. Но скоро понял, что эта форма для нашей аудитории малоподходящая. Но все же я ценю их подход. Дело в том, что у них есть то, чего нашим не хватает и чем богата практика нехристианского Востока: КОНКРЕТНОСТЬ. Многие люди нуждаются в ясных определенных указаниях «как» и «что». В противном случае получается туманный пиетизм, особенно мало годный для тех, кто начинает, кому приходится форсировать. Им нет возможности выискивать указания в груде размышлений, поучений, писаний. Поэтому и свою книгу я сделал схематично. Первая ее половина написана независимо, вторая — многое берет из Каф., особенно в приложениях.

У меня к Вам оригинальная просьба. Дионисий Ареопагит, а над ним — Покров. Его можно изображать в плаще с полосками по краю, с крестом и свитком. Лицо, как у мученика, с небольшой бородой. Он ведь не ученик ап. Павла, а эллинистический философ-христианин V в. Кроме того, пары: пр. Сергий + м. Ирина, Александр Невский + Татьяна. При возможности пошлю Вам Пророков (у Вас, кажется, нет) и еще кое-что.

Что касается Туринской Плащаницы, то оправдать теоретический свой интерес к ней мне трудно. Просто хочется знать — подлинная ли она, хочется иметь хотя бы намек на Его лик (не символ, а именно живой лик Воплощенного). Скажем, нам дорог достоверный портрет любимого нами писателя или мыслителя — почему же не могут быть подобные чувства по отношению к Нему. И еще: если подлинность подтвердится, станет конкретней наше понятие о Воскресении. Дело в том, что отпечаток непотревожен. Значит, тело не было изъято из пелен и не вышло из них, а как бы растворилось, дематериализовалось, перешло в иную форму бытия...

Труды Ф. вызывают у меня все больше отталкивания. Я никогда не забуду то впечатление, которое произвел на меня «Столп»[89] в 53 г. Он был для меня окном в мир необычайных прозрений. Но все остальное... И вообще. Его «Философия культа», которую опубликовали в 17 в. Бог. трудов[90], кажется мне по сути дела нехристианской.

Пусть Господь хранит Вас и не оставляет надолго.

Всегда ваш пр. А. Мень

Ноябрь 77  ---------- 

======================================

Суббота 5/XI 77

Дорогой о. А.!

Простите, что опять беспокою Вас письмом, но надо написать, что «проснулся» мой нерв! Еще неделю тому назад я причащалась, и где-то около этого все понемногу началось… не то угнетение общее — и его «напоминания» — не то наоборот — никогда не могу проследить, с чего начинается, но все как отравилось, хотя кругом все объективно по-прежнему хорошо, а его напоминание[91] — угнетает, а от угнетения — еще хуже и сильнее он напоминает, и потом еще хуже угнетение и т.д. — заколдованный круг! Боролась, молилась, начала опять принимать лекарство, которое давно не принимала — но все понемногу увеличивается. Неужели Господу неугодны мои контакты с людьми, которые, благодаря тому, что болезнь меня оставила — начали занимать все большее место в моей жизни, и даже не только в Москве, но и здесь понемногу — и я опять не смогу разговаривать? Или я неправильно молюсь? Или маловерно причастилась, «в суд и во осуждение» себе? Ну, вот пока это и все. Больше пока не буду Вас задерживать своим писанием. Молитва моя о людях — холодная, бездейственная. Вера моя слабая, работа халтурная.

Пока кончаю на этом.

с. И.

Как жаль, что Вы так далеко!  ----------- 

======================================

Дорогой о. А.

Пользуюсь случаем, чтоб наконец послать Вам 2 вещи — одну давным-давно обещанную — Михаила и Наталью, и Спаса, которого, вместо того, чтоб его делать на дощечке, которую Вы дали, сделала на новой (не очень люблю скоблить старые вещи, избегаю). Новые темы просьб — к сожалению (которые Вы дали в письме) мало вдохновительны — масса фигур! Ну, посмотрю. (И никакой композиции!) Начала с Василия Великого — и посылаю (см. в конце письма)

Теперь о нас.

Сам. был у меня несколько раз. Сейчас его кладут в больницу на месяц — подлечить почки и печень. Мы с ним вместе написали письмо Минлосу (его другу в Москве — узнав от него из его письма, которое он мне дал, что Эля (не моя, а ихняя — я ее не знаю, но Сам. ее отлично знает, и она в свое время ему очень помогла) в Москве до декабря включительно — потом возвращается к себе в Польшу) — просьбу, чтоб Э. ему бы написала, но никакого ответа не получил. Сам. огорчен.