– Когда мы с Аннинским устанавливали адреса «бешеных псов», мы встретились с его «барабаном», который и настучал на человека, получившего характерные ранения. Если ты не забыл, я в Столярном переулке ранил одного из бандитов: в руку и спину.
– Я помню, – недовольно сморщился Белоногов.
– Он проживал в районе Терлецкого лесопарка, улица Сталеваров.
Белоногов вдруг проявил интерес к разговору:
– Кто был информатором Аннинского в том захолустье?
– Один отвратный тип.
– Все стукачи отвратные типы. Так кто он?
– По виду – бомжующий стилист. Крашеный блондин с разбитой рожей. По словам Аннинского, тот приторговывал наркотой, а Виталик взамен давал ему крышу. Интересно было бы узнать его дилера. От него подняться еще выше.
– Ну тут я тебе помочь ничем не смогу. Разве что дать бесплатный совет. Ты работаешь без страховки, смотри, как бы у тебя голова не закружилась.
– Я не буду смотреть под ноги. И – спасибо, что откликнулся. Одну секунду, Валентин, – я догнал его в середине зала. – Ты и Аннинский, вас можно назвать партнерами – вы служили в одном отделении. Михайлов и Аннинский – оба полицейские, отделы разные, но живут поблизости друг от друга. И там, и там связь. Я вот что хотел спросить: Аннинский не упоминал об отдыхе в Твери?
– И не раз. Ни для кого не было секретом, что он хотя бы раз в две недели ездит в Тверь. И знаешь, я только сейчас вспомнил. Как-то раз, приглашая меня на лодочную станцию, он сказал, что собирается неплохая компания, и упомянул тогда майора Михайлова… Надеюсь, я помог тебе.
– Да, спасибо, Валентин.
Глядя ему вслед, я думал о последних словах и о том, что Виталий Аннинский контактировал с операми из наркоконтроля. Больше того, он получил доступ к банку данных по вопросам оборота наркотиков. В моем представлении, его заинтересовал материал, который ушел от внимания офицеров из ФСКН, а именно то, что я назвал связью двух поколений и двух городов: Перевозчиковы – старший и младший, Самара и Тверь. Аннинский как раз и стал распутывать этот клубок.
На улице Сталеваров, за квартал от дома Игоря Куманина (он был единственным из «бешеной стаи», который опередил нас и пустил себе пулю в лоб), я остановил свой байк и подошел к паре возле мусорных контейнеров. На вид ему двадцать пять, ей нет и двадцати. У обоих сальные, давно не мытые волосы. Полторашка пива переходит из рук в руки.
– Привет, – поздоровался я, снимая с головы шлем. И если бы присел рядом, буквально влился бы в их компанию.
Мой байк возбудил в парне зависть, косуха не прошла мимо внимания его подруги. Мысленно они уже ограбили меня.
– Привет, – вразнобой поздоровались они.
– Можете мне помочь?
– Смотря чем.
– Ищу одного парня. Он из местных. Имени его я не знаю. И вообще мы встречались только один раз – в прошлом году.
– Внешность хотя бы опиши, – сказала девушка.
Парень же пожелал другого:
– Пивком не угостишь?
Кивнув, я вручил парню полторы сотни и приступил к описанию «барабана»:
– Лет тридцати. Последний раз, когда я его видел, на нем были брюки-галифе. Я так думаю, он не расставался со стильной сумочкой и носил ее через плечо. Брови черные, крашеные, в них сережки-гвоздики. Волосы вытравлены перекисью.
– Его Немо зовут, – уверенно сказала девушка и потребовала с парня деньги: – Я за пивом схожу. – Она как будто потеряла интерес ко мне.
– Немо? – переспросил я, возвращая ее в тему разговора.
– Фамилия у него Немов. Его пару дней назад нашли прямо вот за этим контейнером. Под ним была лужа крови. В общем, кто-то выпустил ему кишки. Ходят слухи, что кто-то стоял позади Немо. Одной рукой он сжимал ему горло, а другой делал ему харакири.
– Было за что? – Я вынул пятьсот рублей.
Девушка бросила взгляд на парня. Тот кивнул: возьми. Она продолжила, убрав «пятихатку» в карман джинсов.
– Ну, наверное, было за что, раз он наркотой приторговывал. Или должники свели с ним счеты, или хозяин.
– У него был хозяин?
– Мы его ни разу не видели.
– Крупный такой, представительный…
– Нет.
Вслед за подругой с железобетонного блока встал ее приятель, пряча глаза. Видимо, он не хотел однажды проснуться в луже крови или найти за мусорным контейнером свою подругу с распоротым, как у самурая, животом. Может быть, они и видели дилера, который снабжал Немова героином, но скорее всего – нет. Что касается меня – я получил ответ на основной вопрос, и ответ очень неожиданный: кто-то, разделавшись с Немо, оборвал связь между мной и Виталием Аннинским. Этот кто-то был в курсе всех последних событий, закрутившихся после убийства Аннинского, и действовал абсолютно точно и выборочно. Ни одного лишнего шага. Убийство Сергунина я посчитал его ошибкой. Но не ошибся ли я сам?..
Я думал об этом, глядя вслед паре, которая напоследок обдала меня кислым запахом пота.
