Русе находит момент навестить Рамси за несколько дней до Снежной битвы. И вряд ли они увидятся при тех же условиях еще раз, так что надо успеть взять все, что можно.
– Вонючка, а Вонючка? – зло играется Рамси, свешиваясь с борта деревянной бадьи, и с его мокрых волос на камень пола капает вода.
– Да, м'лорд? – Вонючка послушно обмакивает тряпку в щелочную воду и, отжав, тянется обмыть хозяину плечо.
– Ты что, чем-то недоволен?
Вонючка, стараясь не слишком медлить ни с ответом, ни с работой, осторожно возит тряпкой по мощному, покатистому плечу. Ни одним обрубком не коснуться жирной кожи. Ни одним движением не выдать собственной мысли.
– Я всем доволен, м'лорд, – ведь это именно то, что он хочет услышать.
– Что, и даже эти клятые барабаны тебе не мешают? – с издевкой спрашивает Рамси.
– …разве что барабаны, м'лорд, – довольно внятно, но после паузы отвечает Вонючка.
– Вонючка, – в голосе Рамси появляются нетерпеливые нотки, и Вонючка торопливо соображает, что он сказал не так. Недостаточно угодливости? Не хватает убежденности в том, что это правда, где-то внутри? Рамси откидывается на бортик, и вода шумно плещет вокруг его голого белого тела, расплескиваясь на пол и вонючкины колени. – Мне что-то кажется, что ты со мной не слишком честен. А я-то ведь думал, что мы с тобой хорошие друзья. И я не лгу тебе, как и ты не лжешь мне, – он многозначительно молчит.
Вонючка медлит лишнее мгновение, после снова принимаясь наглаживать прохладной тряпкой распаренную нагретой водой кожу. У него есть ответ на вопрос Рамси, есть правдивый ответ, но ведь не его тот хочет услышать, так ведь, Вонючка-невезучка?
– Я всем доволен, м'лорд… – повторять, повторять одно и то же, чтобы отскакивало от остатков зубов, и не поднимать глаз, только тереть потную грязь в заросшей подмышке.
Рамси поднимает руку, чтобы было удобнее.
– Всем, мой милый Вонючка? – его голос полон яда – течет медом по жирным, потемневшим от тепла губам – и невыраженного раздражения. – Всем ли?
Вонючка молчит, начинает скрести черную грязь на груди, опасаясь поднять взгляд. Все его существо видимо хочет прижаться к холодному полу, скрючиться и уползти отсюда, цепляясь за выбоины в камне. Рамси никогда не дает ему такой возможности.
– Куда ты понесешь грязную воду? – но Рамси резко меняет тему, расслабляясь в воде, незаинтересованно отворачивая голову.
– Прачкам, м'лорд, – тихо отвечает Вонючка. – На стирку.
– А сам что, не хочешь вымыться? – как будто исподволь спрашивает Рамси, поворачивая мощную шею до хруста туда-сюда и снова расслабляясь. Вонючка ощутимо чувствует – знает – здесь подвох и отвечает послушно:
– Нет, м'лорд.
– А если я прикажу тебе помыться? – Рамси косит холодным глазом. – Хотя, впрочем, зачем это мне приказывать тебе мыться? – Вонючка молчит, драит грязную кожу. – Что молчишь? – Рамси слегка повышает голос. – Это был вопрос, отвечай, – Вонючка вздрагивает, он, видно, не слишком понимает, что из этого было вопросом, на который хозяин требует ответа, а то и вовсе посмел задуматься о своем, но все-таки начинает мямлить:
– Если б м'лорд приказал мне… приказал помыться… я бы, конечно…
– Помылся бы ты, это разумеется, – нетерпеливо заканчивает за него Рамси. – Но вопрос-то другой, милый мой Вонючка. Зачем бы я тебе это приказал?
– З-зачем?.. – тупо переспрашивает Вонючка, ощутимо начиная трястись, и Рамси хмурится.
– Не заставляй меня злиться, Вонючка, отвечай.
– М'лорд приказал бы мне… – Вонючка хватает остатками пальцев ведро и торопливо переползает по другую сторону бадьи, – может быть, я был бы нужен м'лорду для чего-то чистым? Может быть, вам бы стали неприятны мои вонь и грязь, м'лорд? Вы бы… хотели взять меня куда-то, где моя грязь была бы… неудобной для вас?
– Нет, нет, Вонючка… в том-то и смысл, что ты воняешь, – Вонючка не замечает, как легко качается сильная рука вдоль бортика, и это его большая ошибка. Когда крепкие пальцы сходятся на его тощем запястье, уже поздно барахтаться. Как будто если бы ты заметил, то был бы смысл. – Я просто хочу знать, зачем мне делать такому, как ты, что-то хорошее?
Вонючка молчит, чаще дыша через изуродованный рот, то не смея поднять взгляд, то стараясь смотреть в глаза. Рамси не любит, когда у собеседника бегают зрачки.
– Зачем мне делать что-то хорошее тому, кто вечно чем-то недоволен? Вот чем ты недоволен, Вонючка, а, скажи мне? Ведь я же тебя люблю, ты же спишь на равных с моими суками, ходишь в тепле, ешь и пьешь с моего стола да еще и вымыться мог бы, пока вода не остыла. А ты недоволен. Ну вот и скажи мне, что я не так делаю.
– Я всем доволен, м'лорд, – шелестит Вонючка, снова отводя глаза. – Всем доволен.
– Посмотри на меня, Вонючка, – ласково говорит Рамси. Его холодные пальцы жгут запястье сильнее его ножа.
Вонючка поднимает глаза, захолодевшие, выцветшие до цвета грязного суровья.
– Всем доволен, м'лорд.
И пальцы на запястье разжимаются.
Пальцы сжимаются на шее, и Вонючка, не устояв на коленях, летит об пол, рассекая висок о каменный скол. Рамси читает глубже, чем тупой Вонючка может думать.
– Я говорил тебе: не лгать, – он приподнимается, упираясь ладонями в края бадьи, и вода течет по сальной коже. Куда придется следующий удар, а, Вонючка-за-ложь-будет-вздрючка?
