– Выписали? А кто говорил о выписке? Мы с ней просто ушли!
– Просто ушли?! – Инна не поверила своим ушам. – Как это – «просто ушли»? – ахнула она. – Нельзя просто взять и уйти из больницы! Это против правил!
– А вот мы ушли!
– И как вас охрана выпустила?
– Охранник куда-то отлучился. А дверь… Ну, она закрывается изнутри. И… И открывается тоже. Так что особых проблем не возникло.
– Так вы просто удрали?!
– Ну, можно сказать и так.
– Потрясающе! – пробормотала Инна.
Она и в самом деле была потрясена. Сначала тем, что услышала. А потом – и самóй героической выходкой подруги. Какая все-таки Мариша молодец! Немножко сумасшедшая, но молодец! Взяла и спасла Любушку! Прогнала убийцу из ее палаты. Выкрала пациентку из больницы. И…
Но тут Инне пришла в голову еще одна ужасная мысль:
– А что скажет Брызгалова?!
– Брызгалова?..
При упоминании имени бывшей одноклассницы Маришина эйфория от собственного героизма стремительно пошла на убыль.
– Брызгалова мне еще не звонила, – призналась она.
– Ничего! Скоро позвонит!
Предупреждение Инны сбылось даже раньше, чем хотелось бы Марише. Брызгалова позвонила уже через минуту. И она была в такой ярости, что Мариша даже испугалась. Не за себя, разумеется, а за Брызгалову, которая так разозлилась, что, того и гляди, могла лопнуть.
– Ты что натворила, а?! – закричала Брызгалова, едва Мариша взяла трубку. – Ты что устроила в больнице?! Мой муж поручился за тебя своим именем, понимаешь ли ты это, коза драная!
– Почему это я коза, а тем более драная? Я по своим габаритам никак уж не коза!
– Муж за тебя хлопотал, а ты его подвела!
– Чем это? Сидела себе тихонько, никого не трогала…
– Не трогала! Да ты разгромила им всю палату! Хулиганка! Зря я за тебя просила. Ты как была неуправляемой психопаткой, такой и осталась!
– Я ничего не громила. Это был несчастный случай. Понимаешь, кровать…
– Теперь все узнают, что у моего мужа есть какие-то чокнутые приятельницы, которые устраивают в больнице шум и погром, – не желала слушать и успокаиваться Брызгалова. – А потом еще и крадут пациентов!
– Никого я не крала!
Мариша хотела сказать, что Любушка последовала за ней по доброй воле, но вовремя остановилась. Ни к чему Брызгаловой или кому-либо еще знать о том, что Любушка находится у нее дома. Инка – это исключение из правил. А для всех остальных Любушка должна просто исчезнуть. Не насовсем, конечно, на некоторое время, пока не будет пойман преступник.
– Я никого не крала! – твердо произнесла Мариша. – И погрома в больнице тоже не устраивала! Тихо посидела, а потом встала и незаметно ушла.
– Ушла? – осеклась Брызгалова. – Просто ушла? То есть это не ты поломала приборы и кровать?
– Я ничего не ломала.
Но ведь, действительно, вся вина лежала на проникшем в палату злоумышленнике да еще на проклятом больничном одеяле. Но уж никак не на Марише! Она-то тут при чем?
– Я вела себя примерно, словно выпускница с красным дипломом.
– Ничего не понимаю, – растерянно пробормотала Брызгалова, явно колеблясь и не зная, верить Марише или нет. – Если это не ты, тогда кто тогда?
– Кто – что?
– Кто устроил погром в палате реанимации да еще и похитил пациентку?!
– Любушку?
– Ну да, ту девицу, к которой ты так рвалась.
– Ой, какой кошмар! – вполне правдоподобно изобразила страх и ужас Мариша. – Ее все-таки похитили! А я ведь вас предупреждала! Быть беде! Девушку уже один раз хотели убить. А теперь вот еще ее и похитили! Я говорила, говорила! Да только никто меня не слушал! Как же это произошло? Рассказывай быстрее!
Несколько опешившая от такого накала страстей Брызгалова начала выдавать информацию. Мариша слушала ее, не перебивая. И лишь поражалась тому, насколько изложенная Брызгаловой версия отличалась от того, что на самом деле случилось в палате у Любушки.
По словам Брызгаловой, в палате произошла форменная катастрофа. По ней словно бы смерч, тайфун и ураган прошлись – все втроем. Разбили светильники, сломали аппарат искусственного дыхания, по полу разбросали штативы, медикаменты и медицинские инструменты. И кровать, на которой лежала Любушка, тоже сломали – капитально.
Со своей стороны, Мариша могла лишь припомнить слегка порванное одеяло, из которого она так яростно выпутывалась. И немного сдвинутую с места кровать Любушки. Ну и, конечно, исчезновение самой Любушки. Но и в этом у них с медицинским персоналом больницы имелось расхождение в версиях. Персонал считал, что Любушку похитили и вытащили из палаты через окно. И что выжить в такой ситуации девушка вряд ли бы сумела, поскольку находилась в коме. А Мариша знала, что Любушка покинула территорию больницы на своих двоих. И не через окно, а вполне цивилизованно – через дверь.
– В общем, я к погрому в больнице не имею никакого отношения! – заявила Мариша вполне откровенно. – Если меня вызовут в милицию, я так им и скажу. Пациентку я не крала, да и не смогла бы я этого сделать – в силу того, что являюсь всего лишь слабой физически и морально женщиной. Такие подвиги мне не по плечу! Посидела рядом с больной подругой, а потом тихонько утопала к себе домой, где сейчас и сижу, обливаясь слезами.
