– А эти ребята умнее, чем мне казалось, – отметил Глеб.
– В жизни не встречал более своенравных ублюдков, – поделился наблюдением Анатолий.
– Да, милая компания.
– Это точно. Угораздило же меня. – Преклов проехал мимо Глеба и скрылся за дверью.
– Толян, погоди. Твою мать… Гребаное боевое братство.
У порога МКП Глеба ждал Лютин.
– Ну как? Что обсуждали? – поинтересовался он, забираясь следом по трапу.
– Никакого комплекса «Алтай» нет, – сообщил Глеб, игнорируя адресованный ему вопрос. – Есть я, обиженный Преклов и парочка возомнивших себя пупами земли олухов, место которым в дисбате.
– Да, профессор примерно так и говорил.
– М-м?
– Командной работы не планируется, – пояснил Лютин, продолжая семенить за Глебом в его каюту. – Каждый постарается проявить себя в отдельности, и при этом неудача «партнера» будет хорошим подспорьем.
– Блядство какое-то! – швырнул Глеб мокрую от пота рубашку в корзину и достал из шкафчика полотенце.
– Большая наука – большие ставки, – пожал плечами Лютин. – Тут не до принципов.
– Профессор обещал новые пушки к нашему отъезду.
– Да, все здесь.
– Подготовьте их и договоритесь о стрельбище на завтрашнее утро. Хочу кое-что опробовать.
Лютин справился на отлично. В 9:00 пилотируемый Глебом «Иван» стоял возле огневого рубежа, рядом с накрытыми брезентом орудиями убийства. Несколько офицеров из гарнизона базы с интересом наблюдали за происходящим.
Двое техников-оружейников стянули брезент, и один из них – невысокий коренастый мужик с щегольскими рыжими усами – приступил к ознакомлению будущего носителя с последними достижениями могучего оборонно-промышленного комплекса ЕС.
– Так, здесь у нас огнемет, – указал он на лежащий с левого края аппарат весьма устрашающей наружности и ранец с двумя баллонами к нему. – По документам – «изделие 17.34». Почему 17.34, можешь даже не спрашивать. В этих индексах сам черт ногу сломит. Питается стандартной огнесмесью из пятидесятилитровых баллонов. Выдает струю на тридцать пять метров. Баллоны крепкие плюс ранец из трехмиллиметрового титана. Выдерживают попадание средних осколков и пуль калибром до 7,62х54, в том числе бронебойно-зажигательных, что особенно приятно, – усмехнулся оружейник. – Желаешь пощупать?
– Нет, давай дальше.
– Дальше так дальше. Знакомься – орудие калибра пятнадцать миллиметров, – представил он тяжелую длинноствольную пушку с патронным коробом. – Режим огня только одиночный. Это чтобы у тебя не возникло соблазна дать очередь от бедра. Не при твоем весе. Также я не рекомендую палить из нее на ходу. Остановился, принял устойчивое положение, – расставил оружейник чуть согнутые в коленях ноги, – стрельнул и меняй позицию. Идеальная штука для уничтожения снайперов. Прошивает бетонную стену в метр толщиной с полукилометра и все, что за ней. Хороша против легкобронированной техники. Но для ближнего боя, сам понимаешь, не лучший вариант. Лента на триста патронов.
– Продолжай.
– Продолжу. Автоматический гранатомет. Калибр шестьдесят миллиметров. Прекрасное оружие поддержки. Имеются осколочные, осколочно-фугасные и фосфорные боеприпасы. Дальность прямого выстрела – двести пятьдесят метров. Навесного – до четырех километров. В новой прошивке твоего шлема есть специальный прицел. Легко и непринужденно заменяет ротный миномет. Только вот из миномета проблематично накидать гостинцев в окно, а из этого – пожалуйста. В коробе сто пятьдесят выстрелов. По мне, так у него всего один недостаток – тяжело подтверждать убийства.
– Не самый малый из недостатков.
– Что ж, тогда рекомендую вот это, – указал оружейник на коренастый агрегат с коротким стволом, увенчанным дульным тормозом-компенсатором почти такой же длины. – Автоматическая картечница калибра сорок миллиметров. Я бы назвал его дробовиком, но ведь ты не считаешь, в самом деле, что этого красавца следует заряжать двумя пулями? Тут использована сильно удлиненная гильза гранатометного выстрела, а внутри пятьдесят десятимиллиметровых стальных картечин. Дверные петли – не его работа. Он выносит двери целиком, ломает бетонные балки и перекрытия. А что наш «Малыш» делает с мясом – песня. На расстоянии пятидесяти метров у него из пехоты нет неберущихся целей. Броня шестого класса проминается до спины. Потроха через рот брызжут. На сверхкоротких дистанциях просто рвет надвое. Отлично урабатывает низколетящие беспилотники. Техническая скорострельность – двести шестьдесят в минуту. Лента на четыреста патронов.
– Хорошая вещь. А этот что тут делает? – кивнул Глеб на не вписывающийся в ряд тяжелого во-оружения пулемет.
– Стандартный П-150, – пожал плечами оружейник. – Только приклад, рукоять и предохранительная скоба изменены под «Ивана». Это на случай, если требуется повышенная мобильность в бою. Легкий, дополнительные короба к бедрам крепятся, обе руки можно освободить при необходимости, да и боезапас легко пополнить. Отправишься с отрядом в дальний рейд, лишним не будет.
– Понятно.
