– Я не посмел испортить тебе обед, Зайчонок, и не дал бы испортить себе свой. Но этот негодяй оставался следить за мной и, разумеется, проводил нас до «Олбани». Что ж, он затеял большую игру, достойную его черствого сердца. Он намеревается шантажировать меня, затем предложить свою цену полиции. Получается что-то вроде торгов. Кто больше предложит, тот и выиграет. Но со мной это так просто не пройдет, он не доживет до дня своего чудесного триумфа. Ну а миру я помогу избавиться еще от одного вымогателя. Официант! Еще две порции виски с содовой! В одиннадцать я отправляюсь в путь, Зайчонок. Это единственное, что я могу сделать.
– Значит, тебе известно, где он обитает?
– Да, и живет он совершенно один. Скряга тот еще. Я уже давно разузнал о нем буквально все, что мне требовалось.
Я снова оглядел комнату. Это был молодежный клуб, и повсюду молодые люди смеялись, вели беседы, курили и выпивали. Кто-то кивнул мне сквозь пелену дыма. Я машинально кивнул ему в ответ, затем повернулся к Раффлзу и застонал.
– Но ты должен дать ему последний шанс! – взмолился я. – Один вид твоего пистолета заставит его выполнить любые твои условия.
– Но он все равно не сдержит своего слова.
– И все же стоит попробовать.
– Наверное, так оно и будет. Вот тебе выпивка, Зайчонок. Пожелай мне удачи.
– Я пойду с тобой.
– Но я не хочу этого.
– Нет, я должен идти!
Его глаза подозрительно блеснули.
– Чтобы вмешаться в самый ответственный момент?
– Ни за что на свете!
– Клянешься?
– Да.
– Зайчонок, если ты нарушишь свою клятву…
– Ты заодно пристрелишь и меня тоже!
– Скорее всего, и пристрелил бы, – торжественно произнес Раффлз. – Вот почему ты отправляешься со мной на свой собственный страх и риск, дорогой мой. Но раз уж ты согласился, что ж, тогда пошли. Чем быстрей все закончится, тем лучше. К тому же мне нужно будет еще зайти по дороге к себе домой.
Через пять минут я уже поджидал его на Пикадилли у входа в «Олбани». И причина оставаться снаружи у меня была серьезная. Меня не отпускало некое чувство – надежда, смешанная со страхом, – что Ангус Бэрд, возможно, до сих пор следит за нами. И тогда не исключено, что при нашей с ним встрече все закончится мгновенно и мне не придется долго переживать. Конечно, я не стану предупреждать его об опасности, но во всяком случае постараюсь исключить трагический исход нашего приключения. Позднее, когда мы с Раффлзом уже шли по направлению к станции, я по-прежнему был полон самых искренних намерений осуществить свой план. Разумеется, я не нарушу данного мной честного слова. И все же мне было приятно сознавать, что при непредвиденных обстоятельствах я все же смог забыть о данной мне клятве. Увы! Все мои добрые намерения были подпорчены пожиравшим меня любопытством. Я словно находился под гипнозом, что случается довольно часто, когда человек понимает, что его может ожидать смертельная опасность.
Я почти не помню, как мы добирались до дома ростовщика, а на это ушел целый час. Мы прошлись по парку (теперь я припоминаю отражение в воде фонарей, их круги пятнами дрожали на поверхности реки, когда мы переходили через небольшой мостик). У нас оставалось несколько минут до прибытия поезда. Раффлз отправился проверить расписание. Когда мы оказались на месте, я удивился, увидев вокруг открытое пространство с редкими строениями и минимумом деревьев. Впрочем, того самого дома я больше никогда не видел. Итак, мы сошли с поезда и направились вперед по тропинке меж полей. Вдали чернел лес. В этот момент вокзальные часы пробили двенадцать.
– Наверное, он уже спокойно спит в своей постели, – начал я.
– Я тоже надеюсь на это, – мрачно отозвался Раффлз.
– Значит, ты собираешься взломать замок и ворваться в дом?
– А ты предлагаешь что-то другое?
Нет, у меня в голове никаких планов не было. Все мое сознание было заполнено предстоящим немыслимым преступлением, страшней которого не существовало ничего во всем свете. По сравнению с ним кража со взломом казалась мне сущей безделицей, хотя и кражу сейчас я тоже готов был резко осудить. Кроме всего прочего, я предвидел множество препятствий и сложностей, которые могли встать у нас на пути. Этот человек был хорошо знаком с разного рода мошенниками. Скорее всего, он был и сам неплохо вооружен, а потому мог использовать свои пистолеты гораздо раньше нас и выстрелить первым.
– Это был бы лучший вариант, – тем временем продолжал Раффлз. – Тогда мы сразились бы с ним один на один, и дьявол забрал бы себе того, кому не повезет. Ты же знаешь, что я всегда предпочитал честную игру, верно? Но умереть он должен, так или иначе. В противном случае жизнь нашу могут омрачить серьезные осложнения.
– Но, может, все не так страшно?
– Если ты в этом уверен, то тебе лучше оставаться здесь, дорогой мой. Я же с самого начала сказал тебе, что пойду к нему один. А вот и его дом, мы пришли. Что ж, доброй тебе ночи.
