Следующие две недели весь Лондон гудел о том, что миссис Вустер нашла еще двух своих племянниц, которых бедная женщина искала почти двадцать лет. История поиска обросла невиданными подробностями…
Джейн была найдена миссис Вустер в племени индейцев. Этим она оправдывала грубое поведение девушки и незнание правил этикета… Но все равно это не помешало Джейн заполучить в женихи герцога Бофора.
Бастиан теперь ласково называл Джейн: «моя Дикарка». Сначала она приходила в бешенство, но потом смирилась… Патрисии тоже досталось. Ее тетушка нашла на берегу реки. Она жила в ветхом домишке, продуваемом холодными ветрами, и едва сводила концы с концами. И если бы миссис Вустер вовремя ее не нашла, девушка бы умерла от голода и холода. И к Патрисии теперь тоже прицепилось прозвище: « Бедняжка».
Сент-Мор развлекался от души, издеваясь над ними на каждом балу. То предлагая Патрисии поесть, потому что она выглядит голодной, то прося Джейн вести себя поприличнее, а не как пьяный индеец.
И чтобы справедливость восторжествовала, он сам придумал прозвище для Изабель: « Художница».
Несмотря на их первое знакомство Изабель с Бастианом подружились. Чему Джозеф был не очень рад. Потому как все равно ревновал свою невесту к старшему брату.
Благодаря тому, что тетушка абсолютно не различала девушек, они без труда тайно встречались со своими женихами. Но все в разное время, чтобы могли друг друга прикрыть перед миссис Вустер.
И каждая считала дни до своей свадьбы…
И вот этот день настал.
Свадебная церемония проходила в небольшой церкви недалеко от загородного имения Сент-Моров.
До церемонии было больше часа, но Джейн била нервная дрожь. Ей было страшно.
Страшно, что что-то пойдет не так…
В комнату вошла герцогиня и ободряюще улыбнулась.
– Три невесты – и абсолютно разные. Изабель – светится от счастья. Патрисия – спокойна и улыбчива. Лишь ты мечешься по комнате, как испуганный зверек. Что случилось, милая?
– Я боюсь,– созналась Джейн и сложив руки села на постели.
– Чего?
– Я… я не знаю,– выдохнула девушка.– Просто какой-то необъяснимый страх.
Леди Сент-Мор улыбнулась и присела рядом.
– Когда я выходила замуж за отца Джозефа и Бастиана, мне тоже было очень страшно. Он был старше меня, слишком серьезен и ответственен. Я же казалась себе взбалмошной девчонкой, совсем ему не подходящей.
– А у вас и вашего мужа была сильная любовь?
– Любовь…– мечтательно произнесла герцогиня и на мгновение замолчала.– Она заставляет тебя парить, лететь ввысь…Или же падать на землю. Больно, ломая крылья. Именно любовь может сделать человека самым счастливым на земле или разбить вдребезги сердце… Я любила своего мужа. Возможно, слишком сильно. И именно поэтому мое сердце разбилось вдребезги. Так как он меня не любил,– с грустью в голосе произнесла женщина.– Я пыталась парить, но он каждый раз спускал меня на землю…
Джейн с тоской взглянула на женщину.
– Но у тебя не должно быть этого страха, – леди Сент– Мор приобняла ее за плечи.– Ты просто очень молода и не видишь того, что вижу я. Он не оставит тебя. Потому, что очень сильно любит.
– А если однажды разлюбит?
– Нет, дитя мое, я знаю своих сыновей. Любовь Джозефа чиста, а вот любовь Бастиана… Это либо все, либо ничего. А он готов положить к твоим ногам мир. С тобой он становится лучше и знает это. Но при этом ты любишь его настоящим, таким какой он есть…
Джейн крепко обняла женщину.
– Спасибо вам…
– Это тебе спасибо за то, что любишь его. И добро пожаловать в семью.
Герцогиня поднялась на ноги и всплеснула руками, взглянув на часы.
– Что ж, пора. Я уверена, что Бастиан сейчас нервничает точно так же… Так не будем же заставлять переживать наших женихов.
Бастиан Сент-Мор стоял у алтаря и поглядывал на Джозефа и Чарли с улыбкой на губах.
Ему же было спокойно. Он знал, что Джейн никуда не сбежит. Что она хочет стать его женой, потому что любит его.
Поэтому страха не было, было лишь предвкушение огромного счастья.
– Джозеф, что с тобой?– не выдержал Сент-Мор, видя как брат переговаривается о чем-то с Чарли и при этом нервно заламывает руки.
– А если мы их перепутаем? У них же будут одинаковые наряды! Проклятая миссис Вустер и ее наставления по поводу платьев…– прошипел Джозеф, бросив недовольный взгляд на будущую родственницу, которая тихо болтала со своей подругой в первом ряду.– Я этого боюсь. Вдруг они захотят над нами подшутить?
– Ты до сих пор не научился их различать?
– Когда они молчат– нет. И я такой не один,– он кивнул на Коултера.
– Ну, я свою Дикарку точно узнаю,– улыбнулся Бастиан.– Ну подшутят они над вами, ну и что? Ночью отыграешься. Вряд ли кто-то захочет меняться ради шутки в первую брачную ночь.
Джозеф усмехнулся.
– И то верно.