– Привет! Скажи мне: все мужики, которые сидят в «аське», извращенцы или среди них попадаются и нормальные?
– Анька, ты не вовремя. Я перевожу на совещании. Перезвоню через час, – прошептала она и отключилась.
Ах да, я забыла. Линка – это же крутой переводчик, ей вообще нельзя звонить на работу.
Свободного времени у меня было хоть отбавляй, поэтому я собрала волю в кулак и решила еще раз попытать счастья в «аське». По крайней мере это меня веселит.
Через пару минут ко мне уже подключился некий Мопси-Попси из Италии. Надо же мужику так себя обозвать – Мопси-Попси, подумала я. Ненормальный, наверное. Так оно и оказалось.
Мопси-Попси спросил:
Его ответ меня просто поразил:
Я поняла, что дальше мне тут ловить нечего, и отключилась окончательно.
Раз Линка занята, я решила позвонить Ольчику. Мы втроем учились в одной группе в институте. После окончания вся группа разбежалась кто куда, а мы так и остались лучшими подругами. Ольчик – полная противоположность Линке. Она младше нас всех, ей еще только двадцать два: она умудрилась раньше пойти в школу и соответственно раньше окончила институт. Ольчик до сих пор ждет своего прекрасного принца. На белом «мерседесе». Меня всегда поражало, как она умудряется оставаться таким замечательным и искренним человеком. Она всегда была не такой, как все: она писала такие романтичные стихи, от которых кружилась голова, она интересовалась всем загадочным и необъяснимым, она научила нас с Линкой гадать на Таро и на рунах и открыла нам целый неведомый мир, населенный мифическими существами и наполненный яркими впечатлениями. Она в самом деле удивительный человек. Наверное, поэтому ей не везет в личной жизни. Не каждый мужчина может оценить такую тонкую натуру: ему лишь бы посмотреть футбол, выпить пива и завалиться спать. Другой этого было бы достаточно, а ей нужно больше. И она права. Она достойна самого лучшего. Как, впрочем, и я.
Мы с Линкой страшно удивились, когда узнали, что наша тихая Ольчик устроилась работать в турфирму. Сначала она сама была в шоке от того, что ей приходится звонить в заморские отели, бронировать билеты. Казалось, она не вписывается во всю эту суматоху. Правда, со временем она привыкла, только вот стихи писать перестала...
Наверное, только я оказалась такой дурой-альтруисткой, что осталась работать в институте. Хотя с другой стороны, за полтора месяца отсутствия меня бы уже давно выперли с любой приличной работы. К тому же я еще успеваю подрабатывать в бюро переводов. На жизнь хватает.
Я знала, что сегодня у Ольчика выходной, и позвонила ей, чтобы излить душу. Я пожаловалась ей, что в «аське» сидят одни извращенные уроды, на что она возразила:
– С чего ты вообще взяла, что этот америкос действительно фотомодель? Может, просто какой-то весельчак захотел прикольнуться? И этот извращенец с колготками тоже...
– Может, и так. Всем этим кексам в И-нете вообще нельзя верить. Слушай, мне так плохо, я совсем одна, вот и болтаю со всякими идиотами. Приезжай ко мне в гости, а? – предложила я.
– Сегодня?
– Ну да, я тортик куплю... Только приезжай, а то я тут завою... Знаешь, иногда я жалею, что снимаю квартиру. Теперь мне здесь так одиноко.
– Ну хорошо, я приеду.
Вот этим мне и нравится Ольчик. Она всегда готова помочь. Даже если на дворе дождь и слякоть, Ольчик примчится, чтобы спасти тебя от проклятого одиночества. Иногда мне кажется, что я люблю Ольчика даже больше, чем Линку... Хотя сравнивать их все равно нельзя.