– Это в тебе говорят твои феминистические убеждения. Но если мужик действительно влюбляется, он может в корне изменить весь свой образ жизни. Вспомни: сколько мужиков говорят, что никогда не женятся, потом встречают свою одну-единственную и сами предлагают ей руку и сердце, – мудрствовала моя подруга. – Может, это именно такой случай. Да, была у него девица. Ну что же, ему сразу ее бросать, как только он тебя увидел?
– Лин, он не для меня. Он мне нравится, но я чувствую, что отношения с ним не принесут мне ничего хорошего. К тому же я еще не совсем оправилась от того, что произошло с Кириллом.
– Ладно, это твоя жизнь. Но я желаю тебе только добра, ты знаешь. Что будем покупать Ольчику? – сменила тему Линка.
– Ну знаешь, так как Ольчик у нас – натура тонкая и нежная, да еще увлекается восточной культурой... я предлагаю подарить ей бонсай, только надо найти очень красивый. И приложить к этому делу книжку, как за ними ухаживать, – это дело непростое.
– Как ты здорово придумала! – воскликнула Линка. – Я завтра после работы зайду в цветочный магазин после работы и приценюсь. Ну давай, я побежала ужин готовить.
После разговора с Линкой я благополучно посмотрела первую серию «Унесенных ветром». Какой же Кларк Гейбл все-таки ушастый, но сексуальности у него все равно не отнять. А улыбка у него, как у Чеширского кота, прямо как у Сашки! Так-так, этот гад уже закрался в мои мысли! Гнать его в шею! И пусть... Тут раздался звонок. Если это Линка, я ее убью, просто покоя не дает!
– Алло! – крикнула я в трубку.
– Ну зачем же так орать, деточка ты моя? – прозвучал бархатный женский голос.
– Кто это?
– Скажем, подруга Кирилла. Меня зовут Лидия.
– Какая еще подруга? Что вы несете? И почему вы вообще мне тыкаете?
– Потому что я тебе в матери гожусь, солнышко. Мне сорок пять. Только и всего. – Она засмеялась.
– Откуда у вас мой телефон? Что вам от меня нужно? Кирилл умер, и я не желаю...
– Я всего-то хочу поговорить, – сказала она, – я пыталась тебе и раньше дозвониться, но ты, наверное, была так убита горем, что не отвечала на звонки.
Тут я вспомнила: действительно, когда была в глубокой депрессии, я к телефону не подходила, а только звонила Линке и Ольчику. Ну и мамуле, конечно. Больше никого мне слышать не хотелось.
– О чем же вы хотите поговорить? – устало протянула я.
– Не о чем, а о ком. О Кирюше, естественно.
– У вас с ним что-то было? – неожиданно для себя спросила я. Мне тут же вспомнился Саша с его Машей. Нет, все парни точно кобели.
– О! – воскликнула она. – Было, да подольше, чем у вас. Я знала его больше пяти лет. И именно благодаря мне он добился определенных успехов в своем бизнесе. Понимаешь, лапуля, у моего муженька, и соответственно у меня, водятся большие деньги, и я убедила его вложить некоторые средства в бизнес Кирилла. Он учился в университете вместе с моим сыном, так мы и познакомились. Он мне сразу понравился, захотелось как-то его опекать, помогать ему, понимаешь, милая моя? – слащаво-приторным голосом вещала она. – Он не смог мне отказать – несмотря на свои сорок пять, я выгляжу всего на тридцать, можешь мне поверить, – она усмехнулась, – так вот, потом он где-то подцепил тебя, и у него снесло крышу. Я сказала ему, что не хочу его отпускать. А он сказал, что не желает отпускать тебя... И мне ничего не оставалось, как с этим смириться.
Я почувствовала, как на глаза наворачиваются слезы. Значит, он мне все-таки изменял! Губы у меня пересохли, и я дрожащим голосом спросила:
– Зачем вы мне все это говорите? Мне кажется, теперь это мало что меняет.
– Ну, знаешь ли... хотела открыть тебе глаза. И потом... у меня кое-что для тебя есть, – с некоторым ехидством произнесла она.
– И что же? – с горечью спросила я.
– Как что? – Она усмехнулась. – Ваши обручальные кольца – Кирилл отдал их на хранение мне.
Великолепно. Обычно кольца отдают шаферу. Но некоторые женихи, как оказывается, больше доверяют любовницам. Да уж, хорош был мой любимый, нечего сказать.
– Мне они не нужны, – процедила я, изо всех сил сдерживая рыдания.
– Так что же мне с ними делать? – искренне удивилась она.
– Что хотите, – устало ответила я. – Вы вообще думаете, это нормально: звонить мне после смерти жениха, делать такие заявления, как только что, и ждать от меня адекватной реакции?
– Я, между прочим, тоже переживаю! – прокричала она. – И как вообще Кирилл мог позариться на такую зануду? Ужас, кошмар!
Я бросила трубку. Это же энергетический вампир, маньячка, и ей надо лечиться... Но тут на меня снизошло озарение: ведь сути дела это не меняет. Кирилл мне изменял. И не важно с кем. Важен сам факт. Казалось, мир снова рухнул, теперь во второй раз.