Но хоть янки и смеялись, Скарлетт вызывала у них жалость и сочувствие. В конце концов Скарлетт-леди, и притом одна из немногих в Атланте, кто неплохо относится к янки. Они симпатизировали ей уже потому, что она вынуждена была работать, ибо муж не мог или не хотел должным образом ее содержать. И хотя муж у бедняжки был никудышный, а все-таки это у6жасно – узнать, что он ей изменял. А еще ужаснее узнать об измене одновременно с известием о его смерти. В конце концов, лучше иметь плохого мужа, чем никакого, и дамы-янки решили быть особенно внимательными к Скарлетт. Что же до остальных – миссис Мид, миссис Мерриуэзер, миссис Элсинг, вдовы Томми Уэлберна и других, в том числе миссис Эшли Уилкс, – то вот над ними они уж посмеются. Может, хоть тогда эти гордячки станут повежливее.
Словом, в темных комнатах на северной стороне города шепотом говорили преимущественно об этом. Дамы Атланты пылко объявляли мужьям: им-де глубоко безразлично, что думают янки. В глубине же души они считали, что легче подвергнуться наказанию плетьми, чем переживать эту пытку – видеть ухмылки на лицах янки и не быть в состоянии сказать правду о своих мужьях.
Доктор Мид, чье чувство собственного достоинства было глубоко уязвлено, – надо же, в какое дурацкое положение поставил его и всех остальных Ретт! – заявил миссис Мид, что, не будь с ним других, он предпочел бы во всем признаться и пусть бы его повесили, чем выдумывать, будто он провел вечер в доме у Красотки.
– Это же оскорбительно для вас, миссис Мид, – кипятился он.
– Но все знают, что вы там не были, потому что… потому…
– А янки знают другое. И если мы спасем наши шеи, то лишь потому, что они поверят. А уде как будут смеяться! Меня же одна мысль, что кто-то может этому поверить и станет надо мной смеяться, приводит в ярость. И как это оскорбительно для вас, потому что… дорогая моя, я же всегда был вам верен.
– Я это знаю. – Миссис Мид улыбнулась в темноте и сунула свою тощую ручку в руку доктора. – Но уж пусть лучше это будет правдой, только бы ни один волос не упал с вашей головы.
– Миссис Мид, да вы понимаете, что вы говорите? – воскликнул доктор, потрясенный столь неожиданно реалистическим подходом жены к подобным вещам.
– Да, понимаю. Я потеряла Дарси, я потеряла Фила, и вы – все, что у меня осталось, поэтому хоть поселитесь у этой Красотки навечно, лишь бы мне вас не потерять.
– Вы в своем уме?! Вы просто не понимаете, что вы говорите.
– Старый вы дуралей! – нежно произнесла миссис Мид и ткнулась головой ему в плечо.
Доктор Мид попыхтел было в наступившей тишине, погладил по щеке жену, потом снова не выдержал:
– Да еще быть обязанным этому Батлеру! Нет, лучше пойти на виселицу. Даже если он спас мне жизнь, все равно я не могу быть с ним вежлив. Его наглости нет предела, а от его бесстыдства – ведь он же самый настоящий спекулянт! – я весь киплю. Знать, что тебе спас жизнь человек, который никогда не служил в армии…
– Мелли говорит, он записался в армию после того, как пала Атланта.
– Это ложь. Мисс Мелли готова поверить любому ловкому мерзавцу. А главное, я не могу понять, почему он все это делает, почему так заботится о нас. Не хочется мне это говорить, но… его имя всегда ведь связывали с именем миссис Кеннеди. В прошлом году я частенько видел, как они вдвоем раскатывали в коляске. Должно быть, он это делает ради нее.
– Если бы все дело было в Скарлетт, он и пальцем бы не шевельнул. Он был бы только рад отправить Фрэнка Кеннеди на виселицу. Я лично думаю – это все из-за Мелли…
– Миссис Мид, не хотите же вы сказать, что между ними что-то было!
– Ах, не говорите глупостей! Просто Мелли всегда питала к нему непонятную слабость – особенно после того, как он пытался обменять Эшли во время войны. Ну и он, надо сказать, никогда в ее присутствии не улыбается этой своей мерзкой улыбочкой. К ней он всегда внимателен, и заботлив, точно… точно совсем другой человек. Глядя на то, как он ведет себя при Мелли, начинаешь думать, что он мог бы быть вполне приличным человеком, если б захотел. Так вот, я считаю, что он делает все это… – Она помолчала. – Вам моя мысль не понравится, доктор.
– Мне вообще все это не нравится!
– Так вот, я думаю, что делает он это частично ради Мелли, а главным образом для того, чтобы иметь возможность поиздеваться над нами. Мы все так ненавидели его и так открыто это высказывали – и вот очутились у него в руках, а теперь либо вы должны утверждать, что были в доме этой Уотлинг и тем самым унизить себя и своих жен перед янки, либо сказать правду и пойти на виселицу – иного выбора нет. И он понимает, что мы все теперь будем обязаны ему и его… любовнице и что нам легче пойти на виселицу, чем быть обязанным им. О, бьюсь об заклад, он получает от всего этого огромное удовольствие.
Доктор крякнул.
– Он и в самом деле очень веселился, когда вел нас в тот дом на второй этаж.
– Доктор, – миссис Мид помедлила, – а как там вообще?
– О чем вы, миссис Мид?
