— В смысле, утоплен? — взлетели у меня брови. — Какахи утопили "мастера"?
— Скинули за борт и закидали гранатами, — ответил он через несколько секунд.
Видимо, уточнял по внутренней связи. Зря я, кажется, шлем снял, хотелось бы услышать доклад из первых уст. Можно, конечно… Ай ладно, потом. Сейчас не до этого. Но вообще новость монструозная. Всякое с Адским высером происходило, и "мастеров" они убивали, но чтобы вот так, в чистом поле, то есть на палубе корабля, столкнувшись с ним лоб в лоб? Того самого "мастера", что боевых роботов может аннигилировать, если их не слишком много, естественно? Тут только головой покачать остаётся. Какахи одним своим существованием подрывают репутацию ранга "мастер".
Чёрт… Да как так-то?!
Переведя взгляд на Щукина, увидел старика с высоко поднятыми бровями, который упёр взгляд в переборку корабля и медленно качает головой.
— Щукин, очнись, — произнёс я. — Нам работать надо.
— Да… Да, извини. Просто… — произнёс он медленно. — Ладно, хрен с ним. Давай уже завалим этого оборотня и пойдём домой. На базу, в смысле.
— Нам бы его захватить, — вздохнул я и переведя взгляд на Такано, кивнул ему: — Стучись. Работаем по плану.
— Есть, — произнёс он, но так и сделав пару шагов в сторону люка, остановился. — Господин, командиры отрядов докладывают, что филиппинцы сдаются по всему крейсеру.
Прям по всему? Неужто их командование решило сдаться? Хотя почему бы и нет? Мы за последний час примерно половину команды корабля на тот свет отправили. Дальнейшее сопротивление бессмысленно.
— Стучись, — кивнул я на люк. — И не расслабляться.
Стоит, однако, помнить, что офицеры — это аристократы. То, что они приказали сдаться простым матросам, не означает, что на мостике нас ждёт тёплый приём. Для аристо норма — сражаться до последнего.
— Открывайте! — крикнул Такано на английском, предварительно постучав в люк прикладом автомата. — Обещаем жизнь и достойное отношение тем, кто сдастся!
Я не верил, что офицеры филиппинского крейсера просто возьмут и сдадутся, флотские всего мира имеют чрезмерную гордость и Филиппины тут не исключение. Там, где генералы с гордо поднятой головой объявят о капитуляции, моряки будут сражаться до последнего. Это не аксиома, но очень частое явление. Так что, когда люк открылся, а сделавший это офицер отошёл назад с поднятыми руками, я был удивлён. Всё слишком просто.
На мостике собрались восемь офицеров и четыре рядовых. Все они стояли у иллюминатора с поднятыми руками, туда же отошёл и открывший люк офицер. Странно, что не один из матросов. Кицунэ под личиной адмирала стоял в центре неровного строя, как и все остальные с поднятыми руками.
— Мы сдаёмся, не нужно лишних смертей, — произнёс лис. — Членам команды мы также отдали приказ сдаваться.
— Что ж, правильное решение, — произнёс я, как и он, на английском. — Вы ещё потребуетесь своей стране, когда мы уйдём.
Щукин и бойцы Тёмной молнии были собраны и готовы к бою, пристально наблюдая за пленными, я же, на удивление, совсем не ощущал опасности. Понятно, что здесь присутствующие филиппинцы мне не соперники, но ведь и от лиса опасностью не веяло.
— Такано, — произнёс я, осматривая строй пленников. — Займись ими, — и вновь перейдя на английский, продолжил: — Сейчас вас проводят к остальным пленникам. Всех, кроме адмирала. С вами у меня будет отдельный разговор.
— Слушаюсь, — произнёс Такано, после чего начал раздавать приказы своим бойцам.
Проверив филиппинцев на наличие скрытого оружия, их увели с мостика. Много времени это не заняло, так что уже через пять минут мы с Щукиным остались наедине с кицунэ.
— Сорей, — произнёс я.
В ответ на мои слова, сбоку от лиса из воздуха материализовался шиноби.
— Я к этому, наверное, никогда не привыкну, — пробормотал Щукин на русском.
А вот лис, чуть повернув голову, нахмурившись покосился на Сорея.
— Вот, значит, как, — произнёс он тихо. По-прежнему на английском. — Понятно. Значит, вы знали обо мне.
— Как видишь, — ответил я.
— Это ничего не меняет, — хмыкнул лис. — Я и не собирался сражаться с вами.
А вот это уже интересно.
— Поясни, — произнёс я с любопытством.
— Обязательно, — ответил он. — Но лучше не здесь. Я отвечу на все ваши вопросы. По возможности.
— Кратко, — поджал я губы.
— Хм, — окинул он взглядом мостик. — Если кратко, то… Мой клан знает, что кое-кто жив, и мы готовы торговаться.
— А Древний? — чуть приподнял я брови.
— Мы не подчиняемся ему напрямую, — ответил лис. — Только через главу клана. И Древнему это не нравится. У нас мало времени, господин Аматэру. У нас — это у клана Иллюзорного пламени.
Вопросов ещё больше стало.
— Сорей, — произнёс я со вздохом. — Упакуй его. А ты не сопротивляйся.
Достав из-за пазухи тюремный камень, Сорей приблизился к лису, на что тот, глянув на камень, поморщился. Однако сопротивляться не стал, дав спокойно затянуть себя внутрь артефакта.
— Неприятное зрелище, — заметил Щукин.
— Ощущение, как мне рассказывали, тоже не из лучших, — усмехнулся я.
— Да вообще плевать, — дёрнул он плечом. — Мы тут всё? Можно уже возвращаться?
— Пожалуй, — кивнул я. — С остальным и без нас справятся.
