— Да, — пожевал он губами. — Думаю, придётся попросить помощи. Кланы Хоккайдо сидят без дела, если часть их войск поможет, то мы за неделю отбросим филиппинцев и спокойно уйдём.
— Не выйдет, — качнул я головой. — Через неделю им надо высаживаться на Лусоне.
— Но часть-то их сил может помочь? — произнёс он раздражительно.
— Часть… — задумался я. — Дайте мне сутки. Ну и разведанную информацию по позициям противника. Если через сутки ситуация никак не изменится, будем думать о помощи со стороны Хоккайдо. Но теоретически… да. Часть их сил можно перебросить и сюда.
— Информацию я тебе, конечно, дам… — произнёс Кента удивлённо. — Но… Ты что, хочешь лично поучаствовать? В одиночку? — но покосившись на Хирано, поправился: — Вдвоём? Или у тебя на корабле отряд "мастеров" сидит? "Тёмная молния" тебе конкретно в этом деле мало чем поможет.
— Дайте мне сутки и информацию, а там видно будет, — вздохнул я.
— Как скажешь, — покачал он головой. — Только свяжись с кем-нибудь из Совета и предупреди о том, что хочешь сделать. А то меня потом обвинять начнут, что я тебя одного отпустил.
— Ну вы и перестраховщик, — провёл я ладонью по волосам. — Да и не верите в меня совсем.
— Я не баба, чтобы в тебя верить, — хмыкнул он. — Реальность говорит, что ты там помереть можешь на раз-два. Так что будь добр, сообщи кому-нибудь, что Кояма Кента пытался тебя остановить.
— Но вы ж не пытались! — взлетели мои брови.
— Я просто тебя знаю, — поморщился он. — Тебя только Кагами остановить может, и то не всегда. А вот остальные члены Совета об этом не в курсе.
— Просто у меня редко что-то просят, обычно манипулировать пытаются, — подколол я его.
На что получил взгляд исподлобья.
— Ну как я тебе? — покрутилась Хирано.
Находились мы в бывшем кабинете одного из офисных здания порта, где готовились к вылазке. Точнее, я готовился, а Хирано развлекалась, накидывая на себя иллюзии различных МПД. Я же, уже переодетый в один из тех пилотных комбинезонов, которые мне предоставили бойцы Кояма, изучал информацию по позициям филиппинцев.
— Сексуально, — бросил я на неё взгляд.
Правда, таких МПД не бывает, так как в них никто не выпячивает на всеобщее обозрение женские прелести. Всё предельно лаконично и продуктивно. А тут задница во! Грудь во! Ещё и с вырезом. Шлем в виде маски лисы и с ушами…
— И это главное, — кивнула Хирано. — Пусть враги полюбуются на красивую меня перед смертью.
— Главное, с эффектами во время операции не переборщи, — вернулся я к планшету, на который Кояма и залили всю информацию. — Для врагов ты бахирщица.
— Как будто там кто-то живой останется, — хмыкнула она, чуть поигравшись с иллюзией выреза на груди.
— Хатсуми, — опустил я планшет. — Ты правда такая дурочка или притворяешься? Про камеры на технике мы уже забыли?
— Ой, да хватит уже нудеть, — отмахнулась она. — Всё я помню, уже и пошутить нельзя.
— Главное, помни — ты бахирщица, — не обратил я внимания на её слова. — И все, кто окажутся в радиусе пяти метров от тебя, должны умереть.
— Я помню, — вздохнула она.
— И выбери какой-нибудь… наименее выделяющийся образ.
— А что, ревнуешь? — в мгновение облачилась она в белое платье. В смысле, образ на себя такой накинула. Так-то она в майку и шорты одета была.
— Просто хочу, чтобы про тебя как можно меньше людей знало, — ответил я, пожав плечами.
— Но… — начала она было говорить.
— Точнее, о твоей силе, — поправился я, так как о некой женщине, приплывшей со мной на Филиппины, знают уже очень многие.
Чего я, в общем-то, и не скрывал.
— Чтобы про мою силу не узнали, я должна совсем-совсем другой образ создать. Ты хочешь, чтобы я мужика изображала? — вскинула она брови. — А старику Кояма ты это как потом объяснишь?
Блин, а ведь и правда. После нас останутся сотни записей с камер шагоходов, МПД, касок и так далее, то есть запись того, как мы там отжигать будем, в любом случае рано или поздно дойдёт до Кенты. Вот он удивится, если моим напарником будет мужчина, а не женщина.
— Делай что хочешь, — пришлось мне сдаться. — И иди сюда. Обсудим твои цели.
