В эту самую минуту Езод решил превратиться в дракона. Он хотел убежать, свободно взмыть в воздух, стать более сильным, уверенным, более дальновидным, чтобы не допустить больше тех ошибок, которые совершил его брат. Он сконцентрировался — на мгновение — и превратился в прекраснейшего из драконов. И тут же улетел, оставив позади мрачный лес. Это место, теперь уже проклятое, всегда будет напоминать ему о прошлом. И не проходило дня, чтобы он не спросил себя — а могло ли все случиться иначе?
— Посмотри, какая сегодня звездная ночь!
Голос Уники настиг его в самый неподходящий момент.
Езод не почувствовал, как она приблизилась к нему. Вокруг нее всегда было облако энергии — поэтому каждый ангел в Сефире мог чувствовать ее приближение. Но Езод сейчас был слишком погружен в свои воспоминания, чтобы заметить ее.
— Это ты?.. Значит, Утренняя Комета не несет с собой ничего хорошего…
— Ты прав. Мы говорили с Оракулом и теперь знаем, что опасности не избежать, — Уника обеспокоенно вздохнула.
— Что предсказала Аллибис?
— Офидиэль возвращается, — без промедления ответила Уника.
Перед глазами Езода возникло окровавленное тело брата. Он не мог забыть. А еще не мог забыть его злобную саркастическую усмешку.
— Не знаю, как ему это удалось, но, похоже, он возвращает себе былое могущество, — сказала Уника, прочитав его мысли. — Он впитал в себя силу природы, которая все эти годы окружала его, и готов к войне.
— Я не могу поверить, — еле слышно произнес Езод, как будто говоря сам с собой.
Уника поняла его душевные терзания.
— Скорее всего, он захочет завладеть Пламенем Жизни и Ключом Счастья, — тоже вслух произнесла она. — Он ведь всегда хотел управлять миром.
— Он не сможет этого сделать! — воскликнул Езод, боясь даже представить себе последствия. — Две Главные Сущности спрятаны в надежном месте, о котором известно только нам!
— Конечно, но он жестокий и опытный воин, и его жажда власти не будет удовлетворена, пока он не найдет их. — Уника внимательно посмотрела на него, и Езод понял, что опасность действительно имела размах, о котором он и не подозревал. — Поэтому я и пришла к тебе. Нужно, чтобы ты был готов. Ты должен предупредить Наставников, чтобы они могли отреагировать на любой сигнал тревоги. Мы знаем, что тело Офидиэля все еще заперто в лесу, но, кажется, его душа может выйти оттуда.
— Как?
— Аллибис сказала, что он пытается войти с ней в мысленный контакт.
Езод пораженно посмотрел на нее и на мгновение потерял дар речи.
— Он еще не пытался говорить с тобой, Езод?
— Нет. Он никогда ничего такого не делал, я даже не думаю, что он попытается. Он считает, что я его предал. Я был заодно с Метатроном, который лишил его сил. И я отправил его в изгнание. — Когда Езод говорил, его длинный хвост подрагивал от волнения. — Если он и вернется, то захочет встретиться со мной только на поле боя.
Уника кивнула.
— Ты прекрасно знаешь, что даже низложенные ангелы очень могущественны и могут управлять силами природы, присваивая их себе или же одушевляя неживое. Они могут заколдовать скалу, каплю воды, даже искру — и сделать из них живых существ.
— Доминатов.
— Да. Они неразрывно связаны с теми, кто их создал, и полностью подчиняются их воле.
— И если Офидиэль сделал это, то нам стоит ожидать, что он сможет управлять и другими существами, будь то люди, ангелы или кто-либо еще. — Уника понимала, что сказанное ею куда более мрачно, нежели реальность, однако ей было важно, чтобы Езод представлял себе любой вариант развития событий.
— Ты хочешь сказать, что Офидиэль может проникнуть в мысли кого-нибудь из нас?
— Да, — грустно подтвердила Уника. — Возможно, это будет Ангел-Наставник, но с большей долей вероятности — менее сильный ангел.
— И как же нам этого избежать?
— Никак. Мы должны просто смотреть в оба и замечать любую странность. Любое странное поведение со стороны ангела может быть знаком.
— Я понял, — задумчиво сказал Езод. Его худшие кошмары начали оживать.
— Сколько у тебя сейчас Наставников в распоряжении? — спросила Уника.
— Пятнадцать, считая меня, — уверенно ответил Езод. — Семеро готовятся к возвращению за землю, но я могу задержать их здесь. Еще трое заканчивают свои дела в мире людей, и мы можем позвать их заранее, если это будет нужно. В ближайшее время мы будем в полном составе, и нас будет восемнадцать.
— Думаю, это лучшее решение, — сказала Уника, не то облегченно, не то обеспокоенно. — Созови их всех и предупреди. А мы пока подумаем, что сказать остальным.
